[Оглавление]


[...читать полную версию...]


КРУГИ  НА  ВОДЕ


 


* * *

Внезапно родители сделались старыми,
Хотя и понятно, что долго старели.
И снится всё чаще, с глухими кошмарами,
Что не доглядел - и ушли, и сгорели...

И снится всё резче: сырые их вырыты
Могилки, и надо запомнить участки...
Но мысли такие - пока мы не сироты -
Мы гоним, пришедшие к нам для острастки.

И снится всё четче: мое одиночество
Ночное, иными словами - сиротство.
Навеки от папы останется отчество,
И с мамой в чертах обнаружится сходство.

И снится всё глубже: от боли до жалости
Вся жизнь, что казалась дорогою дальней.
У мамы - синдромы любви и усталости,
А папа становится сентиментальней.

Вновь ходят с колясками - семьями, парами -
В тенистом июле, в прозрачном апреле...
Внезапно родители сделались старыми,
И мы неожиданно заматерели.

_^_




* * *

В этом городе, где-то
Там, на Химиков, в "пьяном углу",
Социальное гетто
Погружается в спальную мглу.

Тянет к этим оковам,
Будто в теле едином зажат,
В городке местечковом, -
Держат те, что инертно лежат.

Там темно и при свете,
Словно город чужой за спиной.
Бесприютные дети
Там давно уже стали шпаной -

Те же игры на стройках,
Что и в детстве моем - чтоб за грань...
В ядовитых помойках -
Та же вонь, та же вечная брань.

Меж домами - промзона,
От которой колючая дрожь.
Никакого резона
Жить вот так и работать за грош.

Только некуда деться,
Хоть твердят: "Уезжайте скорей!"
Остается лишь греться
В общежитии, у батарей.

Манят многоэтажки
Наркоманов и самоубийц.
Как угрюмы и тяжки
Все черты типовых этих лиц!

Близ железной дороги,
В той общаге, у дня на краю,
Пес бросается в ноги,
Что заждался хозяйку свою.

В окнах - желтые лужи,
Где дожди - восемь суток подряд.
"Но могло быть и хуже", -
Так в народе, смеясь, говорят...

_^_




* * *

Как круги на воде,
То, что вдруг вспоминается,
Что неведомо где
Морщится и сминается.

За волною - волна:
Из застывшего омута
Дрогнет, хламом полна,
Моя детская комната.

В ней меня не найти
Мне, свой опыт таящему,
И в нее не войти
Прямо, по-настоящему.

То же всё, да не то,
Дело даже не в мебели,
Голова - решето:
Были, будто бы не были!

Тьма незримых преград,
Прошлое - замуровано,
И сквозь время утрат
Вглубь гляжу очарованно.

Пятна цвета во тьме
В мрак из света вошедшему
Вспыхнули на уме -
Вопреки ли отцветшему?

Вилами по воде
Мое прошлое писано,
И со дна, из "нигде"
Поднимается ввысь оно.

Что мне делать с тобой,
За собой потянувшее?
Словно вынес прибой
Так давно потонувшее!

_^_




КОСМИЧЕСКАЯ  АЗБУКА

Спасибо фотону, что кистью художнику служит,
Спасибо молекулам воздуха также за то,
Что чуткое ухо симфонию в них обнаружит,
Сквозь сердце и ум пропустив их, как сквозь решето.

Фильтруют энергий поток, полируют детали
Едва приоткрытого замысла зренье и слух.
Век альфа-, и бета-, и гамма-частицы витали -
Космической азбуки буквы, вобравшие дух.

На холст мирозданья они оседают картиной,
Которую не сохранить, но и не удалить,
И ухо увидит за тиной и за паутиной
Всё то, что ни глазу, ни голосу не утолить.

А глаз, закрываясь и вновь открываясь, услышит,
Как станут звучать на листах единицы-нули,
Весь космос как будто из мелкого бисера вышит,
И байтов разбитых сверкают осколки в пыли...

_^_




* * *

Эти золотые дни,
Эта солнечность и млечность -
В них просвечивает вечность.
В атлас мира загляни -
Каллиграфии сродни
Черт природы безупречность.

То орнаменты, то вязь,
То танцует тень на соснах,
Ниже, в водах светоносных,
Языком владеет язь...
Дышит свет, струясь, смеясь,
Вместо дней тугих и косных.

На вершине года, как
На вершине жизни славной,
Самый яркий, самый главный -
Каждый цвет, и звук, и знак.
Отступает смертный мрак
Пред волною света плавной.

Пред волною звуковой
Отступает слабость слуха -
То, что прежде было глухо:
С речью, с музыкой живой
Слышен мир как таковой,
Что проник в улитку уха.

Первый голос - словно глас
Ангельский среди пустыни,
В гуще этой теплой сини
В Яблочный, в Медовый Спас.
Миллионы лет до нас
Он звучал - звучит и ныне.

Вторит первому второй,
Птичий, а за ними - третий,
Всех цветов и всех соцветий,
Бабочек кружится рой
Краткой летнею порой
На заре тысячелетий...

_^_




* * *

Как жизнь свою ни трать,
Пред смертью как ни бредь,
Не страшно умирать,
Но страшно - умереть.
Так и осенний лист,
И пестрый, и шальной,
Теряет форму, мглист,
Как при смерти больной.
Под вечер день знобит,
Что поднялся в зенит.
Как зеркало, разбит
Мерцает мир, звенит.
И то ли дальше звон
И света торжество,
И то ли выйдешь вон,
Где больше - ничего.
Но даже в пустоте,
В немыслимом ничём
Есть память о звезде
С мечтою стать лучом.
В миг озаренья, в час
Рожденья - жизнь светла,
Пусть свет уже погас
И мир сгорел дотла.
Пусть время, замерев,
Всё гуще, всё темней,
Есть календарь дерев
И летопись камней.
Пусть след и слеп, и слаб,
Бесследно не умрет
Душа, как ни несла б, -
Вперед, вперед, вперед!

_^_



© Григорий Князев, 2018.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]