Словесность 


Текущая рецензия

О колонке
Обсуждение
Все рецензии


Вся ответственность за прочитанное лежит на самих Читателях!


Наша кнопка:
Колонка Читателя
HTML-код


   
Новые публикации
"Сетевой Словесности":
   
Владимир Алейников. Скифское письмо. Стихи
Татьяна Вольтская. Стихотворения.
Татьяна Костандогло. Стихотворения.
Татьяна Парсанова. Стихотворения.
Виктор Хатеновский. День протрезвел от нашествия сплетен. Стихи
Алексей Смирнов. Можно. Повесть
Айдар Сахибзадинов. Детские слезы и У обочины вечности. Рассказы
Литературные хроники: Марианна Крохот. Полифония или всеядность? / Полифоничная среда / По ту сторону мостов. Презентация 7-го выпуска альманаха "Среда" в Санкт-Петербурге 4-5 марта.


ПРОЕКТЫ
"Сетевой Словесности"

Книжная полка

[03 июля]  
Александр Уваров. Месяц смертника - Altaspera Publishing & Literary Agency, 2017.
Герой романа мечтал о пробуждении человечества от сна, именуемого жизнью. Роман о террористе-одиночке, бросившем вызов не... Нет, не Системе - людям.






КОЛОНКА ЧИТАТЕЛЯ
ЧИТАЕМ:  Алексей Смирнов. Правое полушариe



Николай Потапов

Возмездие ненастоящих



".....- Так вот, - Ягода принял деловой вид. - С нашей стороны вы можете не ждать никаких препятствий - одно лишь содействие. Материала у нас предостаточно. Сколько попросите, столько и выделим - сотню, две, тысячу. Обо всех случаях саботажа и нежелания сотрудничать докладывайте лично мне. У меня к вам будет одна личная просьбочка... не откажите.

Профессор напрягся.

- Обезьянку бы мне, - заискивающе попросил Генрих Григорьевич. - Очень хотелось бы попробовать самому и тем внести лепту. Помоложе, а?

- Самца или самочку? - ляпнул Илья Иванович.

Ягода не обиделся, снисходительно улыбнулся:

- Самочку, какую-нибудь пампушечку. Наряжу гимназисткой. Но это строго между нами, вы понимаете? Подписки не требую, дело довольно деликатное. Рассчитываю на ваше понимание..."


Краткое содержание 92-х страниц А4: в городе "холодном и фабричном, где разбились все мои мечты" (с) /"Ленинград"/ пересекаются пути трех загадочных бомжеватых персонажей, их кураторов - сотрудников госбезопасности - и разнообразных привидений. Все персонажи состоят в определенных иерархических отношениях, которые постепенно переворачиваются по мере того, как основным героям удается устроить что-то вроде кровавого мистического бунта, одной ногой по сю сторону видимой реальности, другой - в мире невидимом. Бунт имеет в своей основе попытку отомстить "органам" и вообще всяким злодеям, преимущественно советско-большевисткого разлива, за сам факт и за последствия некоего тайного эксперимента, восходящего еще к 1924 г.

Присутствуют многочисленные диалоги, краткие и точные наброски городского пейзажа (в зимней обстановке, как и полагается для города "холодного и фабричного"), отступление в наше многострадальное прошлое - муки "бывших", зверства чекистов - вся вторая часть, а также толкотня многочисленных "ненастоящих" (с) alex_smirnov, десятками своих нематериальных тел наполняющих мрачноватые помещения, где разворачиваются действия первой и третьей частей. Встречается также первое - на моем читательском веку, по крайней мере, - сравнение ассоциативной памяти с функционированием поисковика.

Ассоциации: с "Путь Бро" или там "Лед" Сорокина (я их путаю) возникают на стр. 17 ("нас - много"...), стр. 26 ("взялись за руки"), с "Дозором" (приношу свои извинения автору, я лично "Дозор" схавал с большим удовольствием - стр. 23, потом стр. 29, где лично у меня всплывает в памяти попугай на сиденье лимузина), с "Мифогенной любовью каст" Онуфриева и Пепперштейна - практически сразу. Ассоциации - не значит похожесть, конечно: мозг ухватывается за застаревшие отсылки для пущего комфорта. По крайней мере в двух местах автор объясняет читателю, что именно он имеет в виду:

"...- Пора вертеть дырочки, - Оффченко намекал на орден" (I, гл. 11)

"... - - У меня задержка, - объявила Зейда, когда Яйтер проснулся.

Тот понял не сразу. Сперва он решил, что надоел и опротивел Зейде, и вот она оповещает его, что сильно подзадержалась в его квартире. И Яйтер в душе сокрушенно вздохнул, и даже собрался навестить доктора - привычный, никуда не ведший маршрут.

- Задержка, - повторила Зейда со значением и указала на свой живот" (II, гл. 12)

что значительно может облегчить впоследствии перевод романа на иностранные языки, то есть его подачу обстоятельному европейскому читателю. Все правильно:)

Еще одна отсылка " Передовая наука не потерпит... слыхали, небось, что в Москве уже переделали в человека собаку?" (II, гл. 6) или, как говорят французы, clin d'oeil (или "мне можно подмигнуть", как говорят на чату) - очевидна, ну а другая (чекист, забитый в туалете, III, гл. 9) может, и не преднамеренная, но меня лично позабавила. Чекист! замоченный! и где бы вы думали?..

Мой любимый пассажик:

"За окном начиналась вьюга. Глубокие следы, оставленные лейтенантом, заносило снегом, как будто они тоже переставали принадлежать земному миру и, мельчая, цепочкой утягивались в сопредельные миры." (III, гл. 6)

Тут меня и пробила ностальгия по Питеру. Обязательно приеду осенью. И зимой.

Совершенно не мрачное, не безумное, не запутанное, и весьма по-своему человечное произведение. С какой целью писалось и ложится ли под сценарий - мне неведомо, сравнивать пока не могу, но желание "четать есче" возникает.

Чтоб было, с чем сравнивать.



Обсуждение