[Оглавление]


[...читать полную версию...]



ИСТОРИЯ  БОЛЕЗНИ  ЛЮБВИ

Комедия в двух действиях



Диплом 3-го Международного Фестиваля
"Театр детства и юности - 21 век" (Воронеж, 2003).

Постановки:
  • Центр В.Высоцкого на Таганке
    (режиссер Рената Сотириади),
  • Иркутский молодежный театр "Лики".

    Пьеса переведена на немецкий язык
    и в мае 2007 года получила диплом
    на фестивале непрофессиональных театров
    в Германии (Пфорцхайм).
  •   


    Действующие лица:

    ТАТЬЯНА БОБЫЛЕВА - молодая тележурналистка
    ОЛЕГ КУЛИКОВ - молодой оператор
    ВАЛЕНТИН ТРИГОРИН - известный драматург средних лет
    РОМАН БАЛБЕСОВ - известный кинорежиссер, красивый мужчина средних лет
    АНАСТАСИЯ РАДОВА - актриса, восходящая "звезда"
    ЛЯЛЯ - девушка-куколка
    АГЛАЯ - ассистент режиссера с яркой внешностью
    А также: ассистент оператора - пожилой мужчина, женщина-организатор, мама, кавказец (30 лет), друг - молодой человек, министр здравоохранения, актер, немолодая красивая блондинка, плачущая девушка.


    ДЕЙСТВИЕ 1

    ТАТЬЯНА БОБЫЛЕВА в кадре с микрофоном в руке:
    Пушкин тоже был человеком со своими достоинствами и недостатками. Это звучит банально, но поверить в это смогли только дети.
    Татьяна Бобылева, Олег Куликов. Новости Телецентра.

    В кадре девушка-журналистка Татьяна Бобылева произносит слова перед камерой, потом разворачивается к своей съемочной группе. Событие происходит на выставке "Пушкин глазами детей".

    ТАТЬЯНА: Ну как получилось? Я нормально смотрелась?

    ОЛЕГ: Да. Все отлично.

    ТАТЬЯНА: А ведь в первый раз. Сегодня первый день моей журналистской карьеры. Вообще-то, по образованию я астроном, но с этой минуты уже репортер. Да?

    ОЛЕГ: Ну, если так, с тебя бутылка.

    АССИСТЕНТ ОПЕРАТОРА: Современная молодежь меня убивает. В мое время требовали сто поцелуев принцессы.

    ОЛЕГ: Хорошо. Сто поцелуев принцессы.

    ТАТЬЯНА: С этого дня начинаю искать для тебя принцессу.

    ЖЕНЩИНА-ОРГАНИЗАТОР подходит к съемочной группе: Вы с телевидения? Вам все рассказали? Интервью все взяли? С директором школы говорили? Он должен был объяснить - почему дети так представляют Пушкина. И кроме того - сегодня у нас полно знаменитостей приехало.

    ТАТЬЯНА: А кто именно?

    ЖЕНЩИНА-ОРГАНИЗАТОР: Валентин Тригорин.

    ТАТЬЯНА: Простите, а кто это?

    ЖЕНЩИНА-ОРГАНИЗАТОР: Что вы, ведь по его сценариям поставлены "Осенние тучи" и последняя экранизация "Анны Карениной"!

    АССИСТЕНТ ОПЕРАТОРА: А мне казалось, что "Анну Каренину" Толстой написал.

    ОЛЕГ: Это в ваше время так считали.

    ТАТЬЯНА (съемочной группе): Теперь будет мое первое интервью.

    ОЛЕГ: У Тригорина.

    ТАТЬЯНА: И не надо смеяться. Почти чеховский персонаж.

    ОЛЕГ: Это почти все равно, что получить сто поцелуев принцессы.

    Татьяна подходит к идущему ей навстречу человеку.

    ТАТЬЯНА: Простите, не подскажете, где Тригорин, известный драматург?

    ТРИГОРИН: А зачем вы его ищете?

    ТАТЬЯНА: Взять интервью, спросить, почему он здесь.

    ТРИГОРИН: А почему вы здесь?

    ТАТЬЯНА: Я - журналист.

    ТРИГОРИН: А он писатель. Разрешите представиться: Валентин Тригорин.

    ТАТЬЯНА: Простите еще раз, я не знала. Скажите мне еще раз на камеру, что вы писатель и вам интересно...

    ТРИГОРИН: Скажу, скажу. Вы бы, конечно, лучше у детей спросили (обращается к малышу): Почему Пушкин у тебя в виде кровати?

    МАЛЫШ: Пушкин так много работал, так много любил, так много страдал, а теперь о нем все говорят - пусть отдохнет немножко.



    П А У З А

    Прошло пять лет.



    На диване две мягкие игрушки. Девушка повесилась, мы видим ее ноги. Олег звонит по телефону. Таня сидит рядом и курит.

    ОЛЕГ: Это скорая помощь?

    НОЛЬ-ТРИ: У вас полис есть?

    ОЛЕГ: Дело не во мне.

    НОЛЬ-ТРИ: Ваши фамилия, имя, отчество.

    ОЛЕГ: Понимаете, тут девушка повесилась.

    НОЛЬ-ТРИ: Сообщите по НОЛЬ-ДВА, говорите адрес.

    Олег говорит адрес.

    ТАНЯ: Что же ты меня в нормальные гости никак не приведешь. То друг пьяный маньяк, то девушка повесилась, приготовив салатик оливье. Ты до нее не дотрагивайся - сифилис передается через пожатие.

    ОЛЕГ: О мертвых или хорошо...

    ТАНЯ: А я хорошо, правда это всегда хорошо. К тому же повесившаяся сифилитичка разве это не предел мечтаний любого мужчины, это же идеал, к которому стоит стремиться - нравиться мужчинам и быть тонкочувствующей душой.

    ОЛЕГ: Я не понимаю, зачем она это сделала, мы бы ей помогли. Откуда же я знал.

    ТАНЯ: Родителям-дипломатам не хотелось жизнь портить. А все-таки записочкой все испортила.

    ОЛЕГ: Не говори о ней так: она мне как сестра!

    ТАНЯ: Что же ты раньше сюда не прибежал, братик? Друзья-медики приехали. - Одной сестрой больше - одной меньше - не переживай. Надо только того, кто ее заразил найти, пусть хоть денег на похороны даст.



    П А У З А



    Похороны. Много народу.

    МАМА: А вы знали мою девочку? Я думала, ей лучше будет, если у нее квартира отдельная, а мы с мужем - мы ей столько всего из Берлина посылали. Почему так?

    ТАНЯ: Здесь слова не помогут, только время.

    МАМА: Вы теперь мне за дочь будете. Ведь Олег мне как сын. Они с Мариной выросли вместе. То он у нас жил, Когда Валерий Викторович и Инесса уезжали, а когда мы, то Марина... (Плачет)

    ОЛЕГ (обнимает ее): Мама, не плачь.

    Таня зло смотрит на него, отходит в сторону. За этим наблюдает Тригорин, он сильно изменился, стиль одежды другой. Таня замечает его взгляд.

    ТАНЯ: Я вас знаю, по-моему, мы где-то встречались, вы - родственник Марины или Олега?

    ТРИГОРИН: Нет. Как и вы, я думаю.

    ТАНЯ: Почему это?

    ТРИГОРИН: Глаза выдают.

    ТАНЯ: Вы правы, не могу смотреть. Где здесь выход?

    ТРИГОРИН: Какой выход? С кладбища выхода нет.

    ТАНЯ: Для живых есть, не надо драматизировать.

    ТРИГОРИН: ... Трагедию. Только для очень живых есть выход.

    ТАНЯ: Для Джеймса Бонда, который живет только дважды?

    ТРИГОРИН: Плоско, Танечка, вот вы журналистка - проживаете одну жизнь здесь, на кладбище, другую - на экране.

    ТАНЯ: Мы знакомы?

    ТРИГОРИН: Да, лет этак пять назад вы брали у меня интервью, ваше первое интервью. Я и запомнил: Татьяна.

    ТАНЯ: Как странно, давно это было. Валентин Тригорин. Я помню...

    ТРИГОРИН: Поверьте, в масштабе вселенной какие-то пять лет - разве это много, хотя ребенок за это время учится ходить и говорить - практически 90 процентов навыков человека. Вы, как я вижу, очень хорошо научились.

    ТАНЯ: Вообще-то, это мое дело, вас это не касается. Я скоро выхожу замуж за Олега.

    ТРИГОРИН: Вот этот факт точно меня не касается. Хотя я бы не отказался коснуться вашей руки. Пойдемте, прогуляемся по человеческой памяти, мимо наших гробов. Вы же все равно хотели подышать чистым воздухом, так?

    ТАНЯ: Когда девушку отводят в сторону, можно ожидать признания в любви. Помнится, несколько лет назад вы чуть не стали моим Онегиным. Почему вы здесь?

    ТРИГОРИН: Первое правило журналистики, которое позволительно забывать только таким самонадеянным девушкам, как вы, гласит: никогда не задавай два вопроса сразу. Ответа не получишь ни на один.

    ТАНЯ: Если гнаться за одним зайцем, двух точно не поймаешь.

    ТРИГОРИН: Не факт. Сегодняшнее мое посещение этой скорбной человеческой юдоли тому пример. Я пишу пьесу. Про девушку, которая больна венерическим заболеванием. Я случайно узнал о Марине - невероятная иллюстрация, верно? В моей пьесе должен был быть совсем другой конец, но теперь жизнь вносит свои коррективы.

    ТАНЯ: А другой заяц?

    ТРИГОРИН: Ты... Можно на "ты"? Тебя увидел. Я буду искренним с тобой, как ты тогда... Ты для меня еще та девочка, что говорила мне что-то о любви. Я тебе благодарен. Я ведь давно хотел тебя увидеть. Только случайно, вот так...

    ТАТЬЯНА: Увидел? Доволен?

    ТРИГОРИН: В общем, да. Когда я могу побыть с тобой наедине еще раз?

    ТАТЬЯНА: С чего это ты решил, что человек, которого я даже не помню в лицо...

    ТРИГОРИН: Элементарно, Ватсон: я хочу прочесть пьесу. Мне нужен первый слушатель. Именно такой, как ты. Это ведь о девушке, которая больна и сказать никому ничего не может. Все от нее отвернулись. Мне важно знать, что почувствует другая девушка - счастливая, здоровая...

    ТАТЬЯНА: Это проблема надуманная, больная какая-то. Она ведь сама виновата, зачем усложнять. Сифилисом просто так не болеют. Я понимаю, что это не грех, а болезнь. Я не осуждаю никого. Но надо же выбирать, с кем спать.

    ОЛЕГ: Таня, там автобус ждет, мы тебя потеряли. Пойдем. (Тригорину) Вы с нами?

    ТРИГОРИН: Нет, я хороню другие мечты.

    Олег и Таня уходят.

    ТРИГОРИН (глядя на могилы): Надо выбирать, с кем спать...



    П А У З А



    Просмотровый зал. Несколько зрителей, все немолодые. Режиссер делает по ходу замечания. На экране - очень красивое изображение: Метро. Мужчина сидит. Женщина стоит. Мужчина заигрывает с ней.

    МУЖЧИНА: Если я вам уступлю место, вы со мной познакомитесь?

    ЖЕНЩИНА: От этого ничего не изменится: в этом мире мужчины стоят перед образами, женщины стоят перед мужчинами.

    МУЖЧИНА: Какая вы умная, я про вас кино снимать буду. Вам будет приятно: вы стояли перед известным режиссером в метро?

    РЕЖИССЕР из зала: Режиссеры, а особенно известные давно в метро не ездят.

    ЖЕНЩИНА на экране: Режиссеры, а особенно известные, давно на метро не ездят.

    РЕЖИССЕР: Действительно, умная женщина. Но все равно. Хватит с меня и умных, и глупых. Остановите!

    ТРИГОРИН (входит): ... Землю... Я сойду?..

    РЕЖИССЕР: Как хорошо, Валя, что ты пришел. Я смотрю дипломную работу одного шалопая. Скажи мне, если у меня фамилия Балбесов - так что теперь все мои студенты будут балбесами?

    ТРИГОРИН: По-моему, картинка очень красивая была. Из метро конфетку сделал.

    РЕЖИССЕР: Наше метро и так самое красивое метро в мире!

    ТРИГОРИН: Не хочешь признавать успехи молодого поколения!

    РЕЖИССЕР: Лучше скажи, как поживает сценарий?

    ТРИГОРИН: Думаю, как закончить.

    РЕЖИССЕР: Разве жизнь тебе уже не подсказала? Давай почитаем?

    ТРИГОРИН: Я пригласил одну девушку.

    РЕЖИССЕР: А у меня тоже есть пара.

    ТРИГОРИН: Я несколько в другом смысле.

    РЕЖИССЕР: Друг мой, все смыслы ведут в ...

    ТРИГОРИН: Не надо пошлостей и банальностей.

    РЕЖИССЕР: Я банален?! Докажу, что нет. Ставлю обормоту пять и все что он захочет.

    ТРИГОРИН: В каком смысле?

    РЕЖИССЕР: Ага, теперь ты пошлишь?

    Режиссер и Валентин обнимаются.

    РЕЖИССЕР: Пошли во "Времена года". Хочется есть и девушку. Свою активизируй, пожалуйста. Мы вас ждем.



    П А У З А



    Олег и его друг.

    ДРУГ: Алик! Балбес поставил отлично! Мне передали, правда, единственное, что ему понравилось, это твоя работа.

    ОЛЕГ: Я что-то с этого буду иметь?

    ДРУГ: А что - это мысль! Хочешь утешить нежное, брошенное создание, к тому же актрису?

    ОЛЕГ: Брошенную тобой?

    ДРУГ: И не только. Но ты будешь в восторге.

    ОЛЕГ: И ты думаешь, что такой гений, как я, будет питаться падалью!

    ДРУГ: Ты так говоришь, потому что не знаешь, что это...

    ОЛЕГ: Ума Турман?

    ДРУГ: Ну знаешь, если бы это была Ума Турман...

    ОЛЕГ: Понятно, падаль.

    ДРУГ: Это Анастасия Радова.

    ОЛЕГ: И полагаю, к княжне Анастасии она не имеет никакого отношения.

    ДРУГ: Зато она будет играть у Балбеса главную роль в его фильме про сифилис и любовь.

    ОЛЕГ: У кого что болит?

    ДРУГ: Насколько я знаю, Балбес давно вылечился, да и не болел почти. Но видимо, больницы оказали на него неизгладимое впечатление.

    ОЛЕГ: А эта Настасья - его пассия или друг по несчастью?

    ДРУГ: Он в нее влюблен, настолько, что разрешил ей приглашать в картину, кого она захочет. Лишь бы согласилась играть! Он-то все-таки светило, а она актриса - одно название. Да еще несчастная какая-то. Все мужчины от нее уходят.

    ОЛЕГ: Теперь моя очередь, ты считаешь?

    ДРУГ: Зато, если ты ей понравишься, может быть, она тебя рекомендует помощником оператора, например. Я должен был быть вторым режиссером...

    ОЛЕГ: И какими же судьбами не удалось?

    ДРУГ: Да недотрога она жуткая. Нет сил больше ей серенады петь и цветы дарить. Я лучше тебе ее подарю. Бери! А ты мне Танечку, если она тебя приревнует.

    ОЛЕГ: Даже не надейся, мы с Таточкой друзья.



    П А У З А



    Ресторан. Знакомятся.

    ТРИГОРИН: Это Татьяна Бобылева.

    ТАТЬЯНА: В скором времени Куликова.

    РЕЖИССЕР: Так вы - невеста. Роман Балбесов.

    ТАТЬЯНА: Я видела несколько ваших лент.

    РОМАН: В петличке или в волосах моей дражайшей супруги?

    ТРИГОРИН: Танечка - астроном, бывший, а еще журналист. В любом случае замечает лишь крупные величины.

    РОМАН: Вопросы, значит, любите задавать? Задайте и мне?

    ТАТЬЯНА: Мне как-то неловко.

    РОМАН (тихо ей): Не волнуйтесь, это же не пробы. Так, маленький социологический опрос. Мне Валя говорил, что ты большая шутница. Хотел лабораторный опыт провести - результат показывает - Валька ошибся. Чего ты стесняешься?

    ТАТЬЯНА: Я с вами на брудершафт, между прочим, не пила.

    РОМАН: Между прочим, попозже выпьешь.

    РОМАН (всем громко): У меня ровно через семь месяцев и пять дней день рождения. Будем свечки задувать. Я заказал.

    ДЕВУШКА РОМАНА: Какое же желание?

    РОМАН: Тебя, Ляля, осчастливить.

    ЛЯЛЯ (Тане): Вслух сказал - не исполнится.

    РОМАН: Давайте выпьем за пьесу моего друга, замечательного друга Валю Тригорина, чтобы ее чеховский дух...

    ТРИГОРИН: Не слишком чихал...

    ЛЯЛЯ (немножко пьяная): А я танцевать хочу. Рома, пойдем, ты же хотел меня счастливой сделать!

    Роман почти подходит к ней, но в дверях замечает Анастасию Радову. Отходит от Ляли и смотрит на Настю как на светило. Роман с ней очень вежлив и деликатен. Всем видно, что он влюблен. Настя подходит к столу. Она ни в кого не влюблена, но рада видеть всех.

    НАСТЯ: Поздравляю, что бы ни праздновали!

    РОМАН: Настенька, здравствуйте, как я рад вас видеть. Какая счастливая встреча, какими судьбами?

    НАСТЯ: Вы же сами звали?

    РОМАН: Но я даже поверить не мог, что вы придете. У нас тут так. Официант, принесите все блюда, какие есть в меню - для всех!

    НАСТЯ: Господин, Паратов, я ничего не хочу.

    РОМАН: Ларочка, милая, не одними бифштексами любовь питается. Тьфу, не одной любовью...

    НАСТЯ: Я поняла.

    РОМАН: Не поняли, не поняли. Сейчас Валя сценарий будет читать. Окончательный сценарий!

    ТРИГОРИН: Настя человек самостоятельный, давно все сама прочла.

    РОМАН: А где мой второй режиссер, надо ведь ему тоже сценарий дать. Почему вы его не привели прямо сегодня?

    НАСТЯ: Боюсь, что я вас подвела - но вам, я думаю, не нужен второй режиссер. Если что, я сама займусь всем, что вам понадобится.

    РОМАН: Кудесница! Но мне хотелось, чтобы у вас была своя команда.

    НАСТЯ: Он недостаточно хорош для команды.

    ТРИГОРИН (тихо): А в индивидуальных видах спорта, интересно?

    ЛЯЛЯ (сильно подвыпивши): А как вас зовут?

    ТРИГОРИН: Меня же вроде бы тут уже представляли?

    ЛЯЛЯ: Имя забыла. Вы Роману друг, да?

    ТРИГОРИН: Зачем же так секретно?

    ЛЯЛЯ: Он в эту, в эту влюбился, да?

    ТРИГОРИН: У Романа сердце большое - всем места хватит.

    ЛЯЛЯ: А почему он меня не сделал актрисой? Главной хочу быть. Я ведь красивая!

    ТРИГОРИН: Ты же глупая.

    ЛЯЛЯ: Я?!

    ТРИГОРИН: Ну не я же? Настя, серьезно, поверь мне, великая актриса. Я чувствую, трагическая актриса. Знаешь, Была такая Ермолова. Но она на нее не похожа. Хотя ты, наверное, не знаешь, даже Ермоловой. Да ладно, в общем, не важно, все равно из нее вряд ли что-то путное выйдет. Роман сгубил не один талант. И прославлял тоже не один. А ты - ты лучше ребенка ему роди.

    ЛЯЛЯ: Я?! Ребенка?! У него же жена есть?!

    ТРИГОРИН: И что? Без таланта актрисой стать хочешь, а без замужества матерью - нет? Хорошая ты девочка - мне б такую...

    ЛЯЛЯ: Да. Ты хороший, комплименты говоришь, я бы с тобой хотела жить.

    ТРИГОРИН: А у меня тоже жена есть.

    ЛЯЛЯ: Но ты ведь пойдешь сегодня ночевать не к ней, и бог даст, завтра тоже. Верно? И попробуй-ка мне сказать нет.

    ТРИГОРИН: Даже пробовать не буду.

    РОМАН: Выпьем за дам! За красавиц и умниц! Хотя почему во множественном числе! Пьем только за красавицу и умницу одну, одну во всей вселенной - Танечка у нас астроном подтвердит - пьем за Анастасию Павловну Радову! Лучшую из лучших! Кто мой тост не поддержит - будем ссориться!

    ВСЕ ВМЕСТЕ (громче всех женщины): Поддерживаем, поддерживаем, ссориться не будем. За великую актрису!

    Все чокаются. Роман ногой прижимается к ноге Тани.

    ТАТЬЯНА (тихо Роману): Радова же самая умница.

    РОМАН (громко): Кто хотел танцевать?

    ЛЯЛЯ: Я! Я! Я хочу быть счастливой!

    РОМАН: Валечка, я знаю, ты по танцам спец. Пригласи Лялечку, для нее должно быть все самое лучшее. А то я старая развалина.

    ТРИГОРИН: Для Лялечки и я староват, особенно, что касается танцев.

    НАСТЯ (неожиданно, оборачиваясь к Вале): Неужели вы откажетесь, ради меня. Ведь один танец и она будет счастлива - так мало нужно ей для счастья. Я бы тоже так хотела!

    ВАЛЕНТИН: Тогда осчастливьте и меня - будете потом со мной танцевать?

    РОМАН поднимается из-за стола и подходит к Радовой: Я все слышу и не бросаюсь на господина Тригорина, хотя он вас публично приглашает, потому что мы с вами еще на съемках натанцуемся. Я тоже пойду плясать вон с той дурнушкой, что слова не проронила.

    НАСТЯ: Вы о Ляле?

    РОМАН: Ляля - моя девушка, значит не дурнушка, ни в коем случае не дурнушка. Я вот о ней. Астроном, понимаешь.

    НАСТЯ: Она астроном? Вот почему такая тихая?

    РОМАН: Просто сосредоточена - ищет пятна на солнце, выискивает, я бы даже сказал.

    НАСТЯ: На вас их все равно нет.

    РОМАН: Просто я не солнце, моя Венера. Я красный, трепещущий Марс.

    Роман и Таня танцуют. Роман уводит ее из зала.

    РОМАН: Мне осточертело это общество. Давай, я отвезу тебя домой, к твоему жениху.

    ТАТЬЯНА: Я сейчас ему позвоню, он за мной сам заедет.

    РОМАН: Знаешь, Танечка, я про тебя гадости за столом всем на ушко говорил. Это не со зла. Мне хотелось показать, да, мне хотелось показать, как я Радову люблю. Видно, что я ее люблю? Я ее люблю?

    ТАТЬЯНА: Мне все равно, я вас первый раз в жизни вижу и не увижу больше никогда, надеюсь.

    РОМАН: Увидишь, увидишь - по телевизору.

    ТАТЬЯНА: Я не смотрю телевизор.

    РОМАН: Только на звезды?

    ТАТЬЯНА: Я пойду.

    РОМАН: Ты читала пьесу? Читала?

    ТАТЬЯНА: Да, читала.

    РОМАН: Тебе понравилось? Для меня это важно? Там все гладко? Тебя это задело?

    ТАТЬЯНА: Мне это не близко, я бы такой фильм смотреть не стала. Скучно, Ну, заболела девушка, ну не может ей парень дать денег на лечение, ну бросает ее любовник, ну отворачиваются от нее друзья. Ну помогает ей такой же больной. Ну и что?

    РОМАН: А лучше, как в "Голом пистолете", да? Он любит ее, она его не любит, на нее падает дирижабль и он о ней забывает, так?

    ТАТЬЯНА: Не знаю, я кино не смотрю.

    РОМАН: Телевизор не смотришь, кино не смотришь - ничего о жизни не знаешь, поэтому и не понимаешь. Эта пьеса... Я сам это пережил, не уходи. Мне надо поговорить. Я чувствую: ты нежная, в тебе еще живо что-то. Не делай мне больно, пожалуйста. Меня кто-то заразил, давно. Я больше всего боялся, что этот кто-то любимый. Потом думал: жена. Она известная... актриса. Да триппер, он и от известной актрисы триппер. В общем, не важно. Я ходил по этим анонимным клиникам и на меня пальцем показывали. Я чувствовал, что показывали. Доктора, сами и показывали. А я умирал, понимаешь. Не можешь ни любить, ни жить. А смерть, она словно рядом.

    ТАТЬЯНА: У нас же все лечится. Я читала: сифилис за два дня, если хорошая больница. Только СПИД, наверное, нет.

    РОМАН: Я мечтал о СПИДе, поверишь. В этом хотя бы элемент трагедии есть. А триппер - это пошло, глупо, в приличном обществе плюнут. Сам себя не уважаешь: выходит, что я, Я! - неразборчивый. У меня же девушки одна лучше другой и вдруг! Да, не смотри брезгливо, руки теребя... почти по-есенински.

    ТАТЬЯНА: Там дальше: Я люблю другую, только не тебя.

    РОМАН: Никого я не люблю, на самом-то деле, вот оно как, Танечка. А мне фильм делать надо. Поехали, до дома тебя довезу, не бойся.

    ТАТЬЯНА: А как же Радова, а Ляля?

    РОМАН: Какая Ляля? Она мне осточертела уже три дня как. У меня с ней и не было никогда ничего, я ее давно бросить хочу. Вот Радова...

    ТАТЬЯНА: С ней все только будет?

    РОМАН: Умная женщина, такая редкость.





    ДЕЙСТВИЕ 2

    Утро. Постель.

    ТАТЬЯНА: Что же ты раньше не сказал, что не знаешь, где Выхино?

    РОМАН: Зато твердо знаю, где мой дом. Тебе же было хорошо, не отпирайся. К тому же сможешь похвастаться, что спала с известным режиссером.

    ТАТЬЯНА: В "МК", что ли, об этом написать?

    РОМАН: лучше в "Советский спорт", более подходящее издание.

    ТАТЬЯНА: Я серьезно.

    РОМАН: Попробуй только. Я тебя разорву на мелкие кусочки, дорогая. А пока предлагаю кусочек сахару.



    П А У З А



    Утро. Постель.

    НАСТЯ: Ты меня не знаешь совсем.

    ОЛЕГ: Я тебя не знаю совсем. Это наваждение какое-то, честно. Я тебе слово даю, я с тобой не так - поматросил и бросил. Это удивительно. Я жену в ресторане искал, будущую. Думал, Таню Бобылеву, а выходит, тебя.

    НАСТЯ: Судьба, значит. Я чуть сознание не потеряла, когда тебя увидела. Я всегда себе это так и представляла. Он войдет и...

    ОЛЕГ: Он вошел...

    НАСТЯ: Подожди, а как же Таня, это ведь та девушка, Роман ее еще дурнушкой назвал.

    ОЛЕГ: Видишь, ее больше нет... Прости, я забыл, как тебя зовут?

    НАСТЯ: Настя, Настя Радова. А тебя Олег.

    ОЛЕГ: Настя... ты не поверишь, один мой друг рассказывал мне о тебе, как раз накануне, хотел с тобой познакомить.

    НАСТЯ: Не может быть!

    ОЛЕГ: Серьезно. Я и Таню полюбил с первого взгляда, с нашей первой съемки. Извини, забыл - все забыли.



    П А У З А



    Приемная врача. Сидят красивые пациенты, хорошо одеты, с сотовыми телефонами. Одна девушка плачет.

    КАВКАЗЕЦ: Вся грязь от женщин!

    ПЛАЧУЩАЯ ДЕВУШКА: Нет, от мужчин!

    КАВКАЗЕЦ: Он виноват, да?

    ДЕВУШКА: Он!

    КАВКАЗЕЦ: Убьем мы этого гада, если скажешь, ладно, сестренка, только не плачь.

    Звонок в дверь. Кто-то входит.

    КАВКАЗЕЦ: Вот еще одна жертва века.

    Из кабинета: Следующий!

    ВРАЧ - это ТРИГОРИН. "Жертва века" - Таня.

    Встречаются глазами.

    ТРИГОРИН (спокойно, без удивления): Вы следующая?

    ТАНЯ (испуганно): Нет, я только зашла.

    ТРИГОРИН: Тогда подождите здесь, а вы заходите.

    Плачущая девушка заходит.

    ТРИГОРИН: Фамилию, имя, отчество можете не говорить. Что у вас?

    ДЕВУШКА: Я не знаю, доктор, что-то не так. Мы занимались анальным сексом. У меня все болит с тех пор.

    ТРИГОРИН: Не надо плакать, мы все вылечим, у нас, правда, дорого, но если вам не подойдет, то я вам порекомендую, где дешевле или все равно у меня лечиться будете - как захотите. Главное, чтобы вы улыбнулись. Хорошо?

    ДЕВУШКА: Угу.

    ДОКТОР: Раздевайтесь.

    ДЕВУШКА: Нет!

    ТРИГОРИН: До пояса, не бойтесь, я врач.



    П А У З А



    Таня входит.

    ТАТЬЯНА: Как же это, ты ведь драматург!

    ТРИГОРИН: По первому образованию - врач-венеролог. Ты же тоже астроном-журналист. Хочется и людям помочь, и в вечность вляпаться.

    Таня начинает плакать.

    ТРИГОРИН: Перестань. Раздевайся. Что же ты ко мне, как к драматургу, не пришла? Как к старому другу?

    ТАТЬЯНА: Ты что ненормальный, меня Олег бросил, с Радовой живет, если мои родители узнают... Я не могу в глаза людям смотреть. А ты... Я тебя вообще когда-то любила.

    Тригорин смотрит.

    ТРИГОРИН: Таня! Прости, но кто же?

    ТАТЬЯНА: Только ты не говори никому.

    ТРИГОРИН: Таня! Глупая!

    ТАТЬЯНА: Роман...

    ТРИГОРИН: Ты не просто глупая, ты сумасшедшая! Ты с ним спала! Он же болен! Ты что не знала! Это же о нем. Радова играет альтер эго, по-научному говоря.

    ТАТЬЯНА: Он сказал, что он вылечился, мне было его жалко. И как же он мог, если сам болен, он же добрый...

    ТРИГОРИН: А почему он с тобой не пришел? Он знает?

    ТАТЬЯНА: Я ведь даже его телефона не знаю, как же мне его найти...

    ТРИГОРИН: Девочка, ну ты даешь! Роман! Да ему просто нелегко было. Три месяца без женщины - жен и любовниц заразить боялся. Он лечился, конечно.

    ТАТЬЯНА: Значит, я, правда, больна... Я думала, может быть, ошибка, так.

    ТРИГОРИН: Не плачь, я тебя умоляю. Все вылечим, посмотри на меня. Конечно, это проблема посерьезнее онегинской любви, но ты только улыбнись и все будет хорошо, все пройдет. Просто насморк. Через две недели будешь абсолютно здорова, только голова иногда болеть будет, вот и все.

    ТАТЬЯНА: Меня Олег оставил. Это мне в наказание за одну ночь. Я ведь его просто пожалела, даже не любила!

    ТРИГОРИН: У меня дочка, когда твоей ровесницей была, даже травилась из-за несчастной любви, а сейчас ничего - замужем, счастлива. И ты будешь. Обещаю. С меня свадебный букет. Идет?

    ТАТЬЯНА: Не нужно мне свадьбы. Мне Олег нужен. Я к нему привыкла. Я хочу, чтобы он был со мной рядом, мне бульон варил. А я не могу даже с ним поговорить. Совсем как в твоей чертовой пьесе!

    ТРИГОРИН: Не надо с больной головы, извини, за плохое слово, на здоровую. Видишь, значит, пьеса хорошая, если ты ее наконец-то поняла, но Радову он бросит, мне что-то говорит. Она актриса трагическая.

    ТАТЬЯНА: Больно!

    ТРИГОРИН: Потерпи, подумай про звезды, про интервью с главным звездочетом.



    П А У З А



    Интервью с министром здравоохранения.

    МИНИСТР ЗДРАВООХРАНЕНИЯ: Я, как министр здравоохранения, считаю, что надо больше делать для больных СПИДом, не жалко никаких денег на их лечение. Мы примем меры, от нас зависящие.

    ТАТЬЯНА: Спасибо, Виктор Григорьевич. Давайте отцепим микрофон. Скажите, это не для камеры. Вам не кажется, что вокруг СПИДа накручивают? Столько денег тратится...

    МИНИСТР: Вы правы. Положа руку на сердце - заигрывание с обществом. Надо думать, если не о здоровых, то хотя бы не о таких больных. Ведь от рака половина смертей происходит, а от СПИДа каких-то сто-двести. Мы с вами понимаем, что за люди от СПИДа умирают. Нормальные-то не болеют. Даже взять венерические заболевания. Болеют бабники, девицы, так сказать, легкого поведения. Бывает, изнасилование, переливание крови. Но, поверьте, моему опыту, просто так никому кирпич на голову не свалится. Но это не для камеры.

    ТАТЬЯНА: Да, это не для камеры. Спасибо.



    П А У З А



    Таня беседует с больным СПИДом.

    БОЛЬНОЙ: Когда я заболел СПИДом, я чувствовал себя прокаженным. Это хуже, чем смерть или рак. От рака умирают, а со СПИДом надо жить. И если ты умрешь от рака - просто жалко, венки понесут. А СПИД... это только в книгах и фильмах легко - такие все герои. А этот вопрос: как вы заразились? Гриппом заразиться гораздо легче, когда целуешь любимого, только болеть будешь не так долго...

    Таня беседует с красивой, не очень молодой блондинкой.

    БЛОНДИНКА: С какой стати я вам буду рассказывать?

    ТАТЬЯНА: Я вам расскажу...

    Оператор включает камеру и блондинка тоже рассказывает.



    П А У З А



    ТАНЯ с микрофоном в кадре: Известный режиссер Роман Балбесов сейчас снимает кино о любви, Венере и венерических болезнях...



    П А У З А



    Тригорин и Роман.

    ТРИГОРИН: Как честный человек, ты обязан хотя бы извиниться перед Таней.

    РОМАН: Я что, похож на честного?

    ТРИГОРИН: Нет, ты похож на человека!

    РОМАН: Валя, ты мне друг, твое имя символ любви, не создавай мне с ней и жизнью вообще проблем. Я Таню видеть не хочу. Хочешь, денег ей могу дать?

    ТРИГОРИН: Я хочу?

    РОМАН: А кто мне о ней все уши прожужжал?! Я же ее видеть не хочу. Одна единственная ночь, было один раз всего! Что, я за это расплачиваться должен? Любовница она - у меня получше были. Я сейчас весь в Радовой. Мы кино снимаем. Она мне оператора привела - это гений, это Урусевский. Мне кино снимать надо для всех больных. Люди увидят и поймут, что любовь и болезнь сами по себе синонимы. И что больные даже больше люди, чем...

    ТРИГОРИН: А тут приходит какая-то больная и говорит: я тоже человек!

    РОМАН: Я тебя умоляю, она уже почти выздоровела, наверное, в конце концов, ей же лучше - наконец-то стала женщиной, будет в следующий раз осторожнее. А что, за свои поступки надо отвечать!

    ТРИГОРИН: Ты ее заразил, не забывай!

    РОМАН: Да, я знаю, - что ты мне тычешь моей ошибкой. Я думал, что я уже почти, что я совсем здоров.

    ТРИГОРИН: Ладно, удачи тебе, я тебе новую пьесу начал писать.

    РОМАН: Валя, не обижайся, не думай, что друг у тебя подонок. Ты ведь о девочке этой позаботишься, правда? У меня жена ревнивая, Радова ревнивая тоже, Ляля ревнивая, и, знаешь, я нашел себе что-то потрясающее - Аглая зовут - но тоже очень ревнивая. Да и в лицо меня все знают.

    ТРИГОРИН: Ромка, ты друг мне. Конечно, подонок, но и второй Феллини, да что я говорю - первый! Этого не отнимешь.

    Тригорин уходит.

    РОМАН кричит ему: А признайся, тебе эта девочка нравится?

    ТРИГОРИН: Это я ее с тобой познакомил. Вот и все.

    Когда Тригорин уходит, РОМАН: Как же, как же. А ведь с больной спать забавно, как будто ходишь по краю пропасти. Впрочем, это и со здоровыми так.



    П А У З А



    Идет съемка. Настя и Он играют.

    НАСТЯ: Когда я была маленькой, я видела дом, опутанный плющом. Это было в Симферополе. Я возвращалась туда потом, но дома почему-то не нашла. И того, кого я видела в окне тоже - я потеряла его навсегда. Я знаю улицу, знаю, какая стена на ощупь. Я ищу этот дом, это как исток. Если его не было... Если это выдумка...

    ОН: Радость моя, я не могу понять только, причем здесь твоя болезнь?

    НАСТЯ: Если этот дом был - значит, есть что-то вечное, есть различия между болезнью и здоровьем. А если нет...

    ОН: Я здоров, но никакого дома у меня нет, а тем более где-то в Симферополе, и ничего я не ищу.

    НАСТЯ: А ты уверен, что ты здоровый человек? У всех здоровых людей есть дом. Болезнь - это поиск, поиск чего-то, чего нет в тебе, поиск гармонии. От этого умирают, рано или поздно.

    ОН: А дом был случайно не желтого цвета?



    П А У З А



    РЕЖИССЕР РОМАН: Снято! Молодцы! Но еще дубль не помешает. Валера, ты играешь отлично, чуть повыразительнее только, а ты, Настенька, что-то сегодня погрустнела. Говори поироничнее, как мы репетировали. Это же ирония. Весь мир зиждется на иронии. И у солнца есть пятна. И у здоровых нос проваливается иногда. А ты, такая умная, это понимаешь...

    НАСТЯ: Можно перерыв, на пять минут. Я хочу воды попить. Хоть как-то очиститься, все эти болезни так и хочется смыть. В Симферополь хочется!

    РОМАН: Молодец, в роль входишь. Но ты привыкай, еще два месяца съемок, и выздоровеешь только в конце - если конец таким оставим, а если нет, то придется тебе в реку прыгать. Там отмоешься, я еще не решил. Валька мне больше не помогает.



    П А У З А



    ОЛЕГ: Как ты сюда попала? Что тебе нужно? Радова ревнивая. Ей еще сегодня две сцены играть. Разнервничается, что будет? Будем до ночи сидеть. Говори скорей, что тебе нужно, и уходи.

    ТАТЬЯНА: Я хочу, чтобы ты вернулся. Я не могу без тебя, я скучаю по нашим ссорам на кухне. Я не хочу больше звезд: российских и небесных. Я хочу домой, на землю. Не хочу болеть, не хочу поиска, я уже нашла. Пожалей и меня!

    Входит Радова.

    ОЛЕГ: Настенька, Таня принесла мой студенческий билет - я у нее забыл. Пошли кофе пить. Наночка, ты потрясающе играла.

    Олег и Радова уходят.

    ОЛЕГ (Тане, быстро): Я тебе потом позвоню, поговорим.

    Таня плачет.



    П А У З А



    Роман и его ассистентка Аглая.

    РОМАН: Аглая, боже мой, каждый раз, как произношу ваше имя, дрожь берет, Аглая, как вы смотрите на то, чтобы я вас сегодня вечером до дома подвез?

    АГЛАЯ: А почему бы нет, Роман Петрович?

    РОМАН (тихо): Вот и славно. От поисков совсем устал. Хочется, знаете ли, пятен (видит Таню, делает вид, что не замечает).

    Таня идет за ним, останавливает его у огромной красивой машины.

    ТАТЬЯНА: Роман, подожди.

    РОМАН: Привет, ты извини, я очень спешу, фильм.

    ТАТЬЯНА: Я тоже очень занята. Твоей же темой. Ты фильм делаешь, а я специальный репортаж, про венерические болезни, знаешь ли. Твоему фильму там же, может быть, место найдется. Твоя жена дала мне интервью про то, что ты ее заразил, а не она тебя.

    РОМАН: Таня, ты что больная?

    ТАТЬЯНА: Да, больная, и справка есть.

    РОМАН: Я с женой поссорился, но давно помирился!

    ТАТЬЯНА: А со мной, как видишь, нет, я тебя предупредила.

    РОМАН: Ты и про себя расскажешь?

    ТАТЬЯНА: А зачем скрывать? И про то, что от тебя заразилась - забавное словосочетание от тебя обычно ребенка имеют, а не заражаются. Видно, от кого как. В общем, про это тоже скажу. Мне терять нечего.

    РОМАН: Ты мне только рекламу сделаешь.

    ТАТЬЯНА: Я буду рада тебе услужить.

    РОМАН: Что ты хочешь?

    ТАТЬЯНА: Практически ничего. Радова играть не будет - буду играть я.

    РОМАН: Что?! Во-первых, какая из тебя актриса, не смеши, с твоей внешностью, извини, а потом, все давно утверждено. Кто это тебя надоумил?

    ТАТЬЯНА: Хорошие учителя были. Все что ни делается, все к лучшему - к этому я сама пришла. Я решила, что лучшее - это сыграть у тебя.

    РОМАН: Так, замяли разговор. Давай дам денег. Нет, ты бездарная, я бы с удовольствием. Ну хочешь, маленький эпизод, подруга Маши - у нас там такая героиня есть.

    ТАТЬЯНА (качает головой): Скажи Радовой сегодня же, что играть буду я.

    РОМАН: Я уже тебе сказал, я ничего не могу сделать.

    ТАТЬЯНА: Я не настаиваю, просто предупреждаю.

    РОМАН: Ты зарубишь мне фильм, уже кое-что снято.

    ТАТЬЯНА: Вот и пусть деньги, которые ты хотел дать мне, пойдут на покрытие этого "кое-чего".

    РОМАН: Танечка, что же мне делать?

    ТАТЬЯНА: Ты же Феллини. Пусть я не актриса, но у Феллини море было ненастоящее, а лучше любого всамделишного океана.

    РОМАН: Таня, я не Феллини.

    ТАТЬЯНА: Пора им становиться, господин Балбесов!



    П А У З А



    Идет съемка. Таня играет.



    П А У З А



    Олег и Настя в аэропорту.

    ОЛЕГ: Настенька, зачем ты уезжаешь? Я тебя люблю, но пойми, я не могу бросить картину: это мой первый фильм. Съемки на натуре, в павильоне. Это же мой шанс.

    НАСТЯ: Мне пора, самолет улетит.

    ОЛЕГ: В Симферополе тебя никто не ждет.

    НАСТЯ: Мне надо найти тот дом, мой дом, я думала, Олег, это правда, что любовь сильнее всего на свете.

    ОЛЕГ: А это и есть правда, я буду с тобой. Только здесь, в Москве. Довольно я ждал своего часа - мы станем богатыми, известными, как Урусевский, как ...

    НАСТЯ: А я не стану Ермоловой, вот в чем дело. Надо было Тригорина любить, хотя бы чайка из меня получилась, а то одни Балбесовы и Куликовы! Любили вы меня, где эта любовь...

    ОЛЕГ: Зачем ты так, Наночка, я тебя люблю!

    НАСТЯ: Довольно ты ждал... Знаешь притчу насчет довольно? Помнишь мультфильм о золотой антилопе? Почему золото превратилось в черепки: просто султан сказал - довольно!

    РАДИО: Самолет отправляется.

    ОЛЕГ: Я буду тебя любить.

    НАСТЯ: А ждать?

    ОЛЕГ (думает): Буду! Буду!

    Настя смеется. Проходит через контроль. К ней подходит человек, хочет помочь понести чемодан.

    ЧЕЛОВЕК: Можно? Вы случайно не актриса?

    НАСТЯ: Актриса, случайно.

    Олег смотрит. Потом на часы и подбегает к телефону.

    ОЛЕГ: Роман Петрович, извините за опоздание, провожал Радову, буду через двадцать минут.



    х х х



    ТАНЯ: Букет потрясающий. Я никогда ни от кого таких не получала. А уж от тебя?!

    ТРИГОРИН: Больше не получишь.

    ТАНЯ: Что? Я тебя сейчас...

    ТРИГОРИН: Я серьезно.

    ТАНЯ: Не поняла?

    ТРИГОРИН: К тебе вернулся Олег. Верно?

    ТАНЯ: Знаешь, Валя, я поняла - мне это не нужно уже. Так всегда - ждешь чьего-то звонка. А когда он звонит - ждешь звонка уже от другого.

    ТРИГОРИН: Я надеюсь, что ты не ждешь моего звонка.

    ТАНЯ: А почему ты надеешься? Мне показалось, что мы...

    ТРИГОРИН: У нас ничего не получится. Как говорил не только я и не раз: "Я вас люблю любовью брата и может быть еще нежней". Просто я слишком стар, как-то душевно стар, чтобы что-то испытать. С тобой, например.

    ТАНЯ: Ты хочешь уйти? Когда все стабилизируется...

    ТРИГОРИН: Не говори дурацких слов.

    ТАНЯ: Прости, я, мне показалось, что теперь-то все получится, что то, что было два года назад - это судьба!

    ТРИГОРИН: Мы просто придумываем себе судьбу. Думаем - вот это для меня. Разве нет? Чего ты больше всего хотела?

    ТАНЯ: Смешно - начало с голубей, конец - с коней.

    ТРИГОРИН: Мир зиждется на иронии.

    ТАНЯ: Честно?

    ТРИГОРИН: Зачем же мне врать?

    ТАНЯ: Я хотела принца на белом коне и я на коне. Мы целуемся и идем под венец.

    По темной улице идет конь.

    ТРИГОРИН: Вот - желания исполняются.

    ТАНЯ: А где же принц?

    ТРИГОРИН: Я умею ездить верхом, а ты?

    ТАНЯ: Я нет, но ты ведь мне поможешь?

    ТРИГОРИН: В желании ты этого не загадала. С чего ты взяла, что принц будет любить тебя настолько, чтобы тебе помочь?

    ТАНЯ: Значит, у меня не будет принца на белом коне?

    ТРИГОРИН: Может быть, рядом с белым конем - тоже неплохо, а?

    ТАНЯ: Значит, ты не уйдешь?

    ТРИГОРИН: Уйду, сказка длится, пока не уснешь. А на утро другой день и другая сказка.

    Таня плачет.

    ТРИГОРИН: Мы ведь пока не уснули, сказка продолжается. Конь скачет вдаль. Они целуются, как в "Мужчине и женщине".



    П А У З А



    Таня в объятиях Олега. Звонит.

    ОЛЕГ: Последние несколько недель ты не отходишь от телефона. Кому ты звонишь?

    ТАНЯ: Да так. Одному человеку.

    ОЛЕГ: А зачем, позвольте узнать?

    ТАНЯ (про себя): Хочу узнать, неужели утро уже наступило.



    П А У З А



    Симферополь.

    НАСТЯ: Скажите, вы не знаете, где найти дом с плющом?

    ВАЛЕНТИН ТРИГОРИН: Какой плющ в это время года?

    НАСТЯ: Валя? Что вы тут...

    ТРИГОРИН: Будем искать вместе?

    Они идут к морю, идет снег.



    Премьера фильма. Роман целуется с женой. Тане дарят огромный букет. Отворяется дверь. Человек в белом халате: Кто следующий?



    К О Н Е Ц




    © Евгения Коваленко, 2005-2017.
    © Сетевая Словесность, 2005-2017.




    (WWW) полная версия материала
    [В начало сайта]
    [Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
    [О pda-версии "Словесности"]