[Оглавление]


[...читать полную версию...]


ЭЛЛАДА,  ТАЛАССА,  ЭГЕЙЯ


 


ЖИЗНЬ

-1-

До гробовой доски
льющаяся лучом,
жизнь - это форма тоски.
Знать бы ещё - о чём.

Небо чуть-чуть светло,
воздух слегка горьковат.
Сердце почти что стекло -
лампочка в сорок Ватт.

С чьей-то нелёгкой руки
бреюсь, читаю, ем.
Жизнь - это форма тоски.
Знать бы ещё - зачем.

Дождь, не длиннее строки,
чуть окропил пальто.
Жизнь - это форма тоски.
Знать бы ещё - за что.

-2-

А выйду ли я на дорогу,
дорога войдёт ли в меня,
не так уж и важно, ей-богу.
Важнее, что в сумерках дня

не пишут стихов понарошку,
и, чтобы сказать о любви,
садятся с тобой на дорожку,
ревут на призыв "Не реви!"

И машут вдогонку платочком,
и губы кусают, пока
уже не заметная точка
уходит в свои облака.

_^_




ВЕЛИКАЯ  КРАСОТА

Жизнь прекрасна, как невеста
в подвенечном платье белом.
А чему есть в жизни место -
да кому какое дело!

И она ломает руки,
топчет белые букеты,
солнцем ярости и скуки
сожжена и обогрета.

Может, я её не стою,
но дышу больней и чаще
над великой красотою,
ничего не говорящей.

_^_




НИКАКОГО  ДЖАЗА

            Н. П.

    "Джаз внутри виолончели..."
            Ф. Т.

Джаза нету. Нету джаза.
Только флейта и рожок, -
я скажу такую фразу.
Ты поймёшь меня, дружок.

И откуда-то, из краха,
страха, праха, не извне,
раздаются муки Баха -
что-то сладкое - во мне.

Светло-сладкое - и всё же
с этим вкусом заодно
и тоска, и бледность кожи,
непогода, ночь, окно.

Я скажу, чтоб ты решила,
что стихи, а что я сам,
где здесь - шило, где здесь - мыло,
где - сплошные небеса.

_^_




ТВОИХ  РЕСНИЦ

        Н. П.

Что-то смотрит на меня
из любой моей привычки,
из горящего огня
зажигалки или спички,

из воды, текущей на
оголённые каштаны,
из открытого окна,
из допитого стакана,

с монитора, со страниц,
смотрит, словно грусть и нежность.
У него - твоих ресниц
невозможность, неизбежность.

_^_




БЕЛЕЯ  ПЛАЩОМ

Если мы не умрём никогда,
приумножим ли бедное счастье?
Отчего мне дороже звезда
расставанья, потери, ненастья?

Дорога за отпущенный срок?
И за то, что мы всё не сказали?
За вокзал, за перрон, за гудок,
за прощанье на этом вокзале?

Или, может, за что-то ещё,
что названья пока не имеет,
напоследок белеет плащом,
и губами твоими бледнеет.

_^_




АВЛОС

А погода? Погода плохая -
и туман и дождей молоко.
Ведь у нас далеко не Ахайя.
До Ахайи от нас далеко.

Но печаль? Та же самая штука,
что, в глаза первый раз поглядев,
увязался, как старая сука,
архаичной тоски перепев.

Ничему не помочь. И не надо.
Что болело - болит до сих пор.
И не надо аукать "Эллада!",
если выглянуть можно во двор,

где, в смешении варварской речи,
времена и простор сократив,
раздаётся - простой, человечий -
флейты невыносимый мотив.

Разве это в порядке трофея
достаётся эпохам потом -
эта флейта и лира Орфея,
эта маска с надломленным ртом?

_^_




РОЩИ

    "Темная яблоня лета"...
          Ф. Т.

Белые сумерки лета,
мир и покой на земле.
Нет и не будет ответа
тем, кто заплакал во мгле.

Сумрак, осины, берёзы,
рощи осин и берёз...
Скоро закончатся слёзы...
Плакать придётся всерьёз.

_^_




ТО  ЛИ  НОТА

            Н. П.

Начинается ночь. Наступает покой.
Отражаясь в небесной реке,
эта самая роща всегда под рукой,
хоть шумит от меня вдалеке.

Поправляешь волос непослушную прядь.
Вьётся Промысла Божьего нить.
Если в роще ночами прохладно гулять,
то в Одессе и Таллине - жить.

Долго-долго стоишь у окна, теребя
занавеску, раздетой, босой.
И я знаю, что пахнет сейчас от тебя
гефсиманскою горькой росой.

_^_




В  АФРИКУ

        Н. П.

Стоя на пустом перроне -
поезд в Африку уходит -
говорю - Прощай! - вороне,
этой нищенской погоде.

На перроне очень тихо,
как в ночном моём подъезде.
Еду я за фунтом лиха,
за туманом я отъездил.

Потому что фунт - валюта,
обеспеченней тумана,
потому что это круто -
вынуть лихо из кармана.

Отразилось солнце в луже,
поезд скоро отбывает.
Не бывает в жизни хуже,
только лучше не бывает.

Это знал Рембо когда-то.
Хочешь плачь, а хочешь смейся.
И больничная палата
затряслась по мокрым рельсам.

_^_




БЕССМЕРТИЕ

Была ли музыка? Была ли?
Конечно. Молодость была.
И наши девушки пылали
и раскалялись добела,

когда, освоив три аккорда,
умел добраться до сердец,
единый в двух нетрезвых мордах,
а). гитарист и б). певец.

А почему? А потому что -
жасмин цветёт, вином разит -
июль, вечерняя Алушта,
и море плещется вблизи.

И небо яростней пожара.
И до сих пор, наверно, в нём -
твоё бессмертие, "Шизгара",
моё бессмертие в твоём.

_^_




СОБИРАЯ  РИС  В  ЦЕРКВИ

Это остаётся на потом -
то, что ничего не остаётся.
В женщине с багрово-красным ртом
девочка уже не узнаётся.

Сколько было летней синевы,
сколько было берега морского,
юное подобье тетивы
Врубеля любило и Крамского.

Хохотало, голову задрав,
падало в открытые объятья,
пачкало зелёным соком трав
голубое ситцевое платье.

И не скажешь - в мире правды нет.
Правда есть - упряма и жестока.
Ледяная рябь, холодные свет,
лучшие стихотворенья Блока.

Избежит Офелия воды,
Гамлета замучают болезни.
Следственно, пополнятся ряды
прихожан у пастора МакКензи.

_^_




СКВОЗНЯК

        Н. П.

Потому что дело к ночи.
Вот и жму на тормоза.
Вот и говорю короче.
Закрываются глаза.

Мрак, подкравшийся украдкой,
он не друг мне и не враг.
Если чётко, если кратко -
этот мрак всего лишь мрак.

Я окно плотней закрою.
Здесь сквозняк - уже я сам,
и слегка веду рукою
по любимым волосам.

_^_



© Владислав Пеньков, 2017.
© Сетевая Словесность, публикация, 2017.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]