[Оглавление]


[...читать полную версию...]



ЖАНР  И  МЕТАЖАНР:
К  ПРОБЛЕМЕ  РАЗГРАНИЧЕНИЯ


Доклад прочитан на международной научной конференции "Литературные жанры: теоретические подходы в прошлом и настоящем. VII Поспеловские чтения" (Москва, МГУ им. М. В. Ломоносова, 22-23 декабря 2005 г.)


Категория жанра в современном литературоведении достаточно разработана. Несмотря на множественность определений жанра как такового, теоретической и практической путаницы в этой области почти нет - мы имеем достаточно ясное представление о жанрах, конкретных жанровых явлениях и системах. При этом с конца 1970 - начала 1980-х годов в науке появляется понятие метажанра, то есть некоего "наджанра", "сверхжанра". Эта категория не так часто становится объектом исследовательского интереса - здесь нет строгой теории и существует ряд актуальных проблем. Одна из таких проблем - разграничение жанра и метажанра. Необходимо понимать - в чем родство и в чем принципиальное отличие этих явлений.

Существует три фундаментальных определения метажанра. Первое принадлежит Р. С. Спивак. Исследовательница смотрит метаисторически: метажанр, в ее понимании, - это "структурно выраженный, нейтральный по отношению к литературному роду, устойчивый инвариант многих исторически конкретных способов художественного моделирования мира, объединенных общим предметом художественного изображения" 1 . Таков, например, "философский метажанр", стабильно существующий и развивающийся в русской лирике на протяжении, как минимум, двух последних столетий. Несколько иначе видит метажанр Н. Л. Лейдерман. Исследователь особо подчеркивает связь своей концепции с идеей Ю. Н. Тынянова о существовании "старших жанров" 2 . Метажанр, в таком представлении, - это некий "ведущий жанр", "некая принципиальная направленность содержательной формы <...>, свойственная целой группе жанров и опредмечивающая их семантическое родство" 3 . Метажанр являет структурный принцип построения мирообраза, который возникает в рамках литературного направления или течения и "становится ядром" бытующей жанровой системы. Присущий метажанру, или "ведущему жанру", "принцип построения художественного мира распространяется на конструктивно близкие, а затем на все более отдаленные жанры, ориентируя их структуры на освоение действительности в соответствии с познавательно-оценочным принципом метода, господствующего в направлении" 4 . Например, метажанровым принципом в классицизме, пишет Н. Л. Лейдерман, является "драматизация", которая распространилась с трагедии и комедии на ораторские жанры (оду, сатиру) и дидактическую прозу. Исследователь особо подчеркивает, что использует понятие "метажанр литературного направления" 5 , то есть находится на некоей синхронической оси изучения явления. Третье определение метажанра дает Е. Я. Бурлина. Исследовательница идет во многом за Н. Л. Лейдерманом и видит метажанр как "ведущий жанр" эпохи. Она находит его как "сложившийся пространственно-временной тип завершения произведения, выражающий определенную конкретно-историческую концепцию" 6 . При этом Е. Я. Бурлина неизменно подчеркивает спаянность метажанра с культурой времени, его функцию воспроизводителя данной культуры, более доминантную, чем у простых жанров, поскольку метажанр, по мнению ученого, пресуществляется одновременно в разных сферах определенной культуры: в литературе, музыке, живописи, скульптуре и т.д. То есть метажанр - ни что иное как "культурологический аспект жанра" 7 , он является неким "междисциплинарным", синтетическим жанром. "Метажанр - это способ функционирования метода в культуре, когда опыт усваивается не через строгий количественно-качественный канон, не через жестко определенные признаки произведения, а через концептуальную позицию, через общие пространственно временные отношения", - пишет Е. Я. Бурлина 8 . В качестве метажанра исследователь рассматривает явление комсомольской поэзии. Как мы видим, все предложенные определения различны и по-своему спорны. Категория метажанра так и остается до конца не проясненной, и в разговоре о ней необходимо учитывать концепции всех исследователей.

Итак, наметим основные моменты, которые позволяют констатировать схожесть и в то же время существенное различие жанра и метажанра. Первое, что необходимо рассмотреть, - величина явлений. Как правило, в разговоре о жанре, жанрах исследователи не останавливают внимание на их общих объемных параметрах, в разговоре о метажанре, метажанрах, напротив, всегда подчеркивается их большая, чем у простых жанров величина. То есть, существующий поверх устойчивых художественных систем, метажанр больше, чем просто жанр, он объемлет собой большее количество литературных явлений. В этом плане оказывается важна его внеродовая направленность: метажанр преодолевает привязанность жанра к конкретному литературному роду. То есть метажанры не просто располагаются поверх обычных жанровых групп, но и поверх родовых общностей. Это во многом обусловливает их большую величину. Внеродовая направленность, безусловно, является дифференциальным признаком метажанра. Однако разграничивать жанр и метажанр на основе только этого признака нельзя. Дело в том, что среди традиционных литературных жанров также есть по своей величине очень крупные образования. Более того, среди них есть и те, что существуют поверх родовых общностей. Возьмем для примера литературную сказку. Перед нами, безусловно, широкое многожанровое явление: есть сказки-поэмы, сказки-пьесы, сказочные повести и т.д. Как пишут исследователи, сказка построена "на художественном синтезе более сложного порядка, чем жанровый" 9 . При этом очевидно, что называть литературную сказку метажанром нецелесообразно - это противоречило бы литературоведческой традиции.

И здесь в разговоре о существенном отличии метажанра от жанра важен другой момент: помимо внеродовой направленности метажанр отличает стремление выйти за рамки литературного пространства в иную, более широкую систему координат. Нельзя не согласиться с Е. Я. Бурлиной, определяющей метажанр как "способ функционирования метода" не просто в литературе, но в культуре в целом. Так например, очевидно, что "философский метажанр" в лирике - явление не просто литературное, но осуществляющееся на границе литературы и философии; "мемуарный метажанр" 10  - на границе литературы, эссеистики и жизнетворчества; "соцреалистический метажанр" - также явление не только литературное, но сопрягающее литературу с другими видами соцреалистического искусства: музыкой, живописью, скульптурой, кино, - а также, что немаловажно, идеологией и мифологией коммунизма (изучая соцреалистический метажанр, необходимо изучать все сферы преломления соцреалистической эстетики). Метажанр оказывается неким синтетическим по своей природе образованием. В этом плане интересны случаи выхода метажанра в архитектоническую и материальную сферу. Литературный цикл, сборник или книга стихов - это тоже своего рода метажанры.

Что касается сказки, то ее также можно позиционировать как метажанр, но только в случае "междисциплинарной", синтетической значимости ее канона. Обратимся вновь к соцреализму. Известно, что жанр литературной сказки в советской литературе занимал маргинальное положение. Борьба добра и зла, центральный структурно-семантический элемент этого жанра, оценивался однозначно как "старенькая философская проблема идеалистического порядка" 11 . Тем не менее, сказка была вовсе не чужда советской культуре. Данная культура являлась носителем ряда архетипических моментов: она имела своих культурных героев, демонологию, разрабатывала свой вариант конфликта добра и зла, поддерживала веру в возможность творить чудеса (человеческими усилиями) и была убеждена в том, что в скором времени наступит "светлое будущее". Сказка в силу ее потенциального утопизма была созвучна настроениям эпохи. Элементы сказочного канона, как показала К. Кларк, прочно вошли в канон соцреалистического искусства: литературы, кино 12 , - сказка явилась метажанром советского искусства. Таким образом, "междисциплинарную", синтетическую направленность, стремление к некоему синкретизму можно определять как важнейший дифференциальный признак метажанра.

Следующий момент, который хотелось бы осмыслить, - это структурно-семантическая природа жанра и метажанра. Известно, что в основе каждого жанра лежит жанровый архетип, сформированный, как правило, в архаике и устойчиво проявляющий себя в литературных системах разных эпох. Жанр живет за счет жанровой памяти, за счет литературной конвенции. Несмотря на постоянные обновления и "смещения", структура жанра всегда канонична. Вопрос о структурно-семантической природе метажанра не так ясен. Несомненно, что по своему внутреннему устройству метажанр подобен жанру: в его основе находится некая устойчивая конструкция. Однако говорить об однозначной архаической природе структурно-смысловой матрицы метажанра мы не можем. Метажанры, по всей вероятности, могут образовываться как путем актуализации и трансформации древнего архетипа, так и иным, неконвенциональным, путем. В первом случае работает правило: чем более актуальным для эпохи оказывается тот или иной архетип, чем больше сфера его распространения, тем более оправданными становятся его метажанровые притязания (разобранный нами пример сказки в советской культуре). Метажанры подобного рода могут быть также двойниками традиционных жанров. В этом случае архаическая основа претерпевает колоссальное смещение за счет приращения к ней внелитературных элементов. Тому пример - метажанр коммунистической агиографии, которая по сути своей является квазиагиографией, типологическим двойником житийного жанра. "Смещение" здесь наблюдается, прежде всего, не по линии структурного, но - мифологического и идеологического содержания жанра. Это и обусловливает такое оксюморонное название метажанра. Во втором случае, случае неконвенционального образования метажанра, правил нет: основу метажанра может составить набор разнородных элементов, литературных и внелитературных, востребованных эпохой. Тому пример - метажанр комсомольской поэзии, который сам по себе не имеет архетипической основы, не имеет литературных прецедентов, но включает в себя ряд семантических элементов, создающих некое устойчивое единство.

Наконец, последний момент, который также необходимо оговорить, - особенности бытования жанра и метажанра в историко-литературном процессе. Жанр, как мы уже отмечали, живет за счет жанровой памяти, за счет постоянной актуализации канона и его обновления. Жанр имеет свой генезис, свою эволюцию. В разные эпохи он то выходит в центр литературного процесса, то перемещается на его периферию. Жизнь метажанра в случае большой конвенциональности его структурно-семантической основы, очевидно, подобна жизни жанра. Тому пример, "философский метажанр", который достаточно стабильно живет и развивается в русской поэзии последних двух-трех столетий, перемещаясь то в центр, то на периферию литературного процесса. Метажанры более неконвенциональные по своей внутренней природе отличает сильная привязанность к конкретной эпохе и ее культуре. Такие метажанры занимают в рамках определенной литературной системы ведущее положение. Однако такие метажанры имеют более короткую историю: их существование завершается с завершением конкретной исторической эпохи и ее культуры (невозможно, например, представить жизнь "соцреалистического метажанра" вне советской культуры).




© Юлия Подлубнова, 2006-2017.
© Сетевая Словесность, 2006-2017.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]