[Оглавление]


[...читать полную версию...]



РУЛИНЕТ:  ЛИТЕРАТУРА  В  СЕТЯХ 1 

Впервые опубликовано в журнале
"Солнечное сплетение", N 18-19



Об Интернете сейчас написано много, как на бумаге, так и в самом Интернете. Развитие этого явления приводит к тому, что Интернет как вид коммуникационной и информационной технологии и часть национальных и международных программ развития информации становится предметом научного исследования 2 . Разумеется, Интернет в качестве объекта изучения интересен прежде всего "профессионалам-информационщикам", которые рассматривают его в составе других информационных процессов, выявляя его влияние на мировую экономику, политику, а также социальные структуры и социальное развитие общества 3 . О развитии русскоязычного сегмента всемирной паутины западные исследователи пишут в том же ключе и с тех же приблизительно научных позиций, хотя занимаются этими темами преимущественно обществоведы-слависты, или бывшие советологи (нынешние постсоветологи?) 4 . Политические и экономические аспекты этого явления явно превалируют в тематике исследований 5 . На русском языке об Интернете в бoльшей степени говорят на страницах периодических бумажных изданий или в самой сети 6 . Наиболее интересно разработанными разделами изучения Интернета как явления нам кажутся теория сетевой словесности 7  и правовые основы существования и функционирования Интернета 8 , несмотря на то, что жизнь на Рунете правовой никак пока не назовешь.

В данной статье нам хотелось бы взглянуть на русскоязычный сегмент Интернета как на объект научного исследования, т. е., во-первых, со стороны, а во-вторых, применяя определенную научную методологию (сравнение, анализ и проч.). Одновременно хотелось бы обратить внимание на содержательную сторону русскоязычных сайтов и на функционирование Интернета не столько в в экономике и политике, сколько в культуре. Таким образом, Интернет здесь будет рассматриваться как явление культуры, а не часть информационных технологий (ограничение, разумеется, условное и годится только для научных штудий). В связи с этим интересно будет посмотреть, как взаимодействуют Интернет и культура (в данной статье еще yже - литература), как они влияют друг на друга, какие последствия для развития культуры (литературы) ожидают общество в будущем, поскольку по значению в мировом масштабе сегодняшняя ситуация отчасти повторяет на новом уровне ситуацию, возникшую после изобретения Гутенберга.

Тема сосуществования литературы и Интернета выбрана неслучайно. Литературе в России в силу различных историко-культурных причин отводилась особая роль. Переиначивая слова известного поэта, можно сказать, что литература в России всегда была больше, чем литература 9 . Сразу нужно оговориться, что в задачу данной статьи не будет входить изучение или анализ самих литературных произведений, которые сейчас заполняют русскоязычное кибер-пространство. Нас будет интересовать только содержание сайтов, а не литературная или художественная ценность материалов, на них помещенных. На это есть профессиональные литературные критики, многие из которых сейчас ведут активную виртуальную творческую жизнь. Мы же постараемся проследить взаимоотношения литературы и Интернета, показать их взаимосвязи, посмотреть на особенности бытования литературы на электронных носителях.

Возможность использования новых носителей и распространителей информации удивительным образом совпала в России и странах бывшего Советского Союза с коренной перестройкой экономических, политических и моральных устоев общества и отказом от коммунистической идеологии. Возможно, конечно, что развитие информационных технологий само по себе рано или поздно привело бы к тому, что сейчас принято называть либерализацией общества. Так, по крайней мере, считают некоторые западные исследователи, ведь чем совершеннее носители информации, тем она доступнее и тем сложнее этот доступ контролировать. С другой стороны, нельзя не заметить, что информационные технологии с таким же успехом могут быть использованы и властью для создания системы тотального контроля, о чем общественность не раз предупреждали создатели антиутопий. В этом смысле интернет-технологии ничем не отличаются от любого научного открытия - палка о двух концах. Возможно, что подробное изучение положения в Китае, где власть пытается тотально контролировать содержание сайтов и доступ граждан к Интернету (в этой стране практикуется установка фильтров и других технических средств для отслеживания трафика, что нередко приводит к таким последствиям, как арест провайдеров интернет-услуг и создателей сайтов с идеологически вредным содержанием), поможет разрешению этого вопроса 10 . Уникальность же ситуации в России и странах бывшего Советского Союза именно в том и заключается, что новые технологии, и Интернет в том числе, расцвели бурным цветом не вопреки, а благодаря политической и экономической неразберихе, а другими словами - перестройке. Таким образом, сложилась ситуация, когда Интернет для интеллектуалов на какое-то время явился чем-то вроде печатной машинки "Эрики", которая в данном случае берет намного больше, чем четыре копии, или магнитофона системы "Яуза" ("этого достаточно") с одной стороны, и этаким "западным другом диссидентов", провозящим через границу тамиздат, - с другой. Сравнение Интернета с самиздатом достаточно распространенное и в то же время не во всем точное. Существенное разъяснение этого сравнения было сделано Д. Кузьминым:

"<...> литературное пространство, лишенное какой-либо структуры (в том числе и иерархической - то есть, элементарно говоря, отбора по качеству), - это утопия, и утопия вредная. Классический самиздат никогда таким не был: особенно в период своего расцвета, в Ленинграде 80-х, самиздат - в отличие от придуманного Николаем Глазковым "самсебяиздата" - сложная и разветвленная система, со своими журналами (в том числе специализированными - поэтическим, переводческим, женским), премиями, студиями и т. п., со своими жесткими (при всем их различии в разных журналах) критериями профессионализма. Постепенно такая же система формируется и в Интернете: ведь всякий автор со временем понимает, что мало выложить десяток стихотворений на своей домашней страничке - надо еще, чтобы на эту страничку хоть кто-то заглянул. А значит - необходимы какие-то институты экспертной оценки и рекомендации, осуществляющие профессиональную инициацию и социализацию автора" 11 .

И все же, по крайней мере, на первых порах своего существования, Интернет сыграл роль средства создания и распространения культуры, по тем или иным параметрам (не обязательно идеологическим) альтернативной официальной, и позволил любителям литературы, библиофилам и писателям практически невообразимую роскошь - доступ к недоступной ранее по идеологическим (цензура) или экономическим (высокие рыночные цены, например) причинам литературе, возможность свободной дискуссии, неподцензурной (и даже "неподредактурной") публикации своего творчества и постоянную и быструю связь с соотечественниками-литераторами за рубежом. Последнее для русскоязычного сегмента Интернета особенно важно, так как количество людей, пишущих по-русски и до появления Интернета практически изолированных в русскоязычных литературных кружках в своей стране, чрезвычайно велико 12 . Именно поэтому я предпочитаю говорить о русскоязычном сегменте Интернета, а не о "русском Интернете", поскольку Интернет объединил, по крайней мере, пишущих по-русски литераторов (даже те из них, кто постоянно живет в России или СНГ, не всегда имеют сайты с доменом ru) в единое литературное кибер-пространство 13 .

Для удобства рассмотрения литературные ресурсы русскоязычного сегмента Интернета можно разделить на несколько больших групп: 1) виртуальные библиотеки 14 ; 2) издательство и книготорговля; 3) электронные издания и электронные версии бумажных изданий; 4) "литературная тусовка", т. е. литературные общества, конкурсы, персональные страницы, корпоративные сайты литераторов - короче, все, что относится к текущему литературному процессу, дает доступ к только что написанным текстам и возможность свободно высказывать свое мнение. Разумеется, классификация подобного рода вовсе не предполагает, что один и тот же сайт не может иметь признаков, присущих сайтам из других категорий, но по сути мы делаем всего лишь то же самое допущение, что и при каталогизации книг (или при отнесении того или иного литературного произведения к определенному жанру), с той только разницей, что более или менее авторитетной и общепризнанной классификации интернет-ресурсов, такой, например, как классификация книг Библиотеки Конгресса США, еще не существует 15 .

Итак, сначала следует рассмотреть виртуальные библиотеки. Библиотек, то есть сайтов, которые представляют собой прежде всего (иногда исключительно, но такое случается редко) собрания текстов в электронном виде, в русскоязычном сегменте Интернета не так много (как, впрочем, и в других языковых сегментах Интернета). Зато влияние и известность их очень велики. Ни один пользователь уже и представить себе не может виртуальной жизни без Максима Мошкова 16 . Как точно заметил Виктор Фет, автор "заметки по навигации", опубликованной в "Литературном европейце", библиотека Мошкова "напоминает сон советского интеллигента о библиотеках (или книжном базаре), где есть ВСЕ книги" 17 . Добавим от себя: с одной стороны, полный коммунизм, потому что все бесплатно, а с другой - никакой цензуры - все разрешено. Состав библиотеки также вполне соответствует составу личной библиотеки советского библиофила. Косвенным доказательством этому служит то, что составитель библиотеки помещает в раздел "современная проза" таких писателей, как Ю. Алешковский, В. Ерофеев, А. Битов, В. Аксенов и др. (т. е. классиков несоциалистического реализма; они все еще современны), выделяя в отдельный раздел прозу 90-х годов. Именно в этом смысле библиотека Мошкова является воплощенной в витруальной реальности мечтой - можно достать с полки (скачать) что-то милое, хорошо знакомое, что всегда хотелось иметь под рукой, вот только то идеологические, то экономические причины этому препятствовали. Разумеется, это не означает, что интересы составителя библиотеки не отражают насущных потребностей молодого (нового поколения) читателя и застряли где-то на исходе советской эпохи. Вовсе нет. Влияние текущего литературного процесса (например, в подборе авторов) очевидно. В этом смысле библиотека исключительно современна в лучшем смысле этого слова.

Если же говорить о типе библиотеки (куда входят такие характеристики, как принципы ее составления и функционирования), к которому следует отнести собрание книг Мошкова, то его можно определить таким образом: личная библиотека библиофила, в которую любезный хозяин открыл доступ всем своим друзьям. В условиях открытия доступа к книгам через Интернет друзьями автоматически становятся все посетители библиотеки. Более того, с увеличением числа читателей увеличивается и количество текстов, так как библиотека функционирует и как книгообмен, т. е. сами читатели присылают любимые тексты для размещения на сайте. Итак, подбор книг в библиотеке обусловлен личными вкусами и пристрастиями владельца (составителя) библиотеки, а работает библиотека как любительская - тексты "вешаются" в Интернет в основном без редакторской правки, нет ссылок на бумажные издания, откуда перепечатаны тексты (есть только информация о том, кто эти тексты прислал), классификация книг не является стандартной библиотечной классификацией 18 . Данная характеристика не претендует на оценочность, поскольку задачей настоящего обзора является лишь выявление характерных признаков русскоязычных сайтов, которые могут сближать или отличать их от подобных явлений в других языковых сегментах мировой паутины.

По типу любительской библиотеки составлены и работают очень многие сайты - частые пользователи сети их прекрасно знают (старейшие из этих сайтов существуют с начала 90-х годов, как, например, Публичная электронная библиотека Евгения Пескина). Составители и владельцы библиотек придают различное значение редактированию, ссылкам на печатный источник, классификациям и прочим библиотечным хитростям. Главную свою задачу как библиотекарей составители русскоязычных электронных библиотек видят прежде всего в распространении печатного слова и предлагают гостям своих сайтов заинтересоваться тем, что им самим интересно. В приоритете функции распространения над всеми другими библиотечными функциями (хранения, составления библиографии и т. д.) будет заключаться отличие любой виртуальной библиотеки от библиотеки "реальной". Да и то, что за создание виртуальной библиотеки возьмется скорее всего не профессионал-библиотекарь (ему-то, а вероятнее всего - ей - и книги, и читатели давно надоели), а библиофил-любитель, тоже явление во всем мире нередкое, хотя в России наиболее распространенное 19 . Таким образом, виртуальные библиотеки создавались, по крайней мере, в самом начале в России в противовес официальным, а официальные в процессе создания виртуальных библиотек никак не участвовали. Корни этого нужно искать, конечно же, в той охранительной роли, которую играли советские библиотеки, строго ограждая читателей от "неполезной" литературы 20 , и в том положении, в котором оказались профессиональные библиотекари в России сейчас: при отсутствии каких бы то ни было существенных инвестиций в этой области они должны внедрить информационные технологии в уже существующие библиотеки, и пока это (далеко не в полном объеме) удается осуществить только в крупных - национальных и университетских - библиотеках.

В любительском подходе к обеспечению народа литературой нет ничего предосудительного, за исключением одного "но". Библиофильство в библиотечном деле ведет к тому, что составители и владельцы русскоязычных библиотек не всегда уделяют достаточное внимание вопросам копирайта и интеллектуальной собственности. Как писал Д. Кузьмин, "большинство ветеранов русского Интернета держатся той точки зрения, что информация вообще и литература с искусством в частности должны быть абсолютно общедоступны, а потому любые ограничения на распространение каких-либо текстов аморальны" 21 . Такое положение, как на сайте Мошкова, когда значки копирайта просто отсутствуют 22 , а правовой статус владельца библиотеки и распространяемых им текстов так и остается не вполне проясненным, гораздо в меньшей степени вероятна по отношению к, скажем, англоязычному сегменту Интернета 23 . Причины этого также очевидны - интеллектуальное право в советском законодательстве разработано практически не было 24 , а правовое сознание граждан только начинает формироваться. Проблема копирайта и отношений собственности в Интернете представляет серьезную проблему и для западных юристов, хотя их стартовая площадка, т. е. уровень разработанности законодательства по авторскому праву до появления электронных носителей, существенно отличалась от российской. Разумеется, не все виртуальные библиотекари могут спокойно обходиться без упоминаний о законе. Евгений Пескин посвятил разъяснению своей позиции в отношении копирайта целую страницу, приглашая профессиональных юристов поправить его, если что не так, а составители Русской виртуальной библиотеки (http://www.online.ru/sp/eel/russian/rcopy.rhtml) просто ставят свой значок копирайта электронной публикации вместе с обозначением авторской принадлежности (например: © Тексты - Ю. В. Мамлеев, 1999, 2000; © Комментарии - Е. А. Горный, 1999, 2000; © Электронная публикация - РВБ, 1999, 2000). Для сравнения стоит напомнить, что в одной из старейших виртуальных библиотек, проекте Гутенберга, отмечающей в этом году свое тридцатилетие и начинавшейся как эксперимент компьютерщиков по презентации текстов в электронном виде, прежде чем получить доступ к какой-либо книге, читатель должен обязательно (а не "если вам это интересно") внимательно прочитать длинное сообщение о правовом статусе библиотеки, текстов и проч. Есть в этой библиотеке и другие отличия от большинства виртуальных библиотек на русском языке, выдающие "руку профессионала": тексты отредактированы (нередко специально для появления онлайн), печатаются по авторитетным печатным изданиям, снабжены библиографическими сведениями, оформленными в соответствии с унифицированными стандартами, которые используются сейчас в большинстве библиотек США, Великобритании и других англоязычных стран 25 , читателям предоставлена возможность поиска на сайте, выполненном по принципу электронного библиотечного каталога. Все эти черты становятся сейчас практически обязательными для любой крупной виртуальной библиотеки и присутствуют также в различных русскоязычных виртуальных библиотеках (например, поисковая машина на сайте библиотек Максима Мошкова или Дмитрия Трибиса), но полная комбинация всех вышеупомянутых компонентов на русскоязычных сайтах нам неизвестна.

Недоумение законопослушных и одновременно ориентированных видеть (или хотя бы подозревать) во всем наличие деловых и материальных интересов западных граждан может вызвать и вызывает (граждане в личных разговорах признавались) такое, например, объявление: "Представляем эксклюзив! Геннадий Трошев "Чеченский дневник окопного генерала". С сентября в "Вагриусе", на Lib.Ru - уже сейчас!" (http://www.lib.ru/, 29 августа 2001). Наверное, существует определенный коммерческий смысл в том, чтобы печатать книгу сначала в Интернете, где с ней можно познакомиться бесплатно, а уже потом выпускать ее на прилавки магазинов, но с первого взгляда расчет этот не совсем очевиден. Кстати, такую же практику использует и само издательство "Вагриус", нередко предоставляя читателям своего сайта возможность ознакомиться с полными текстами изданных книг (http://www.vagrius.com/library/). Одно из объяснений этому предлагает С. Кузнецов: "Были случаи, когда авторы сначала возражали против электронной публикации, но потом признавали ее правомочность (так случилось с Владимиром Войновичем). Вероятно, причина в том, что писатели начинают понимать, что число готовых читать многостраничный роман в Интернете меньше числа тех, кто, прочитав первые двадцать страниц, решают, что это стоящая книга, и идут покупать ее в магазин (в том числе в электронный). Иными словами, рекламный эффект превышает потери от возможных "бесплатных" читателей" 26 .

Вероятно, не будет преувеличением предположить, что приближение виртуальных библиотек к библиотечным стандартам связано с капиталовложениями. Примером может служить Русская виртуальныя библиотека, о которой уже говорилось выше. Поскольку она существует при поддержке Института "Открытое общество", то и выглядит наиболее профессионально - текстов немного, но они сверены по научным изданиям, отредактированы и публикуются с комментариями. Таким образом, становится очевидным, что там, куда вкладываются деньги независимого спонсора, существует и другой критерий оценки, и другие стандарты. Но поскольку российский Интернет начинался скорее как тусовка 27  и только сейчас начинает приобретать черты "отрасли экономики" 28 , то тусовочный характер, определивший характер российского Интернета в его детские годы 29 , продолжает отчасти сохраняться и в молодости.

Итак, на данном этапе развития виртуальных библиотек можно сказать, что они существуют параллельно с библиотеками "реальными", почти с ними не взаимодействуют и берут на себя функцию их замещения. Эти наблюдения являются частью более общей интересной проблемы, возникающей в процессе взаимоотношений литературы и Интернета: именно для печатного текста Интернет сыграл принципиально революционную роль - предоставил возможность существовать параллельно на другом носителе. Очевидно, электронные носители еще не скоро заменят традиционные бумажные в сфере культуры (в бизнесе и делопроизводстве, напротив, этот процесс идет стремительно и, вероятно, скоро завершится полной победой компьютера над бумагой). Очень трудно представить себе, что люди откажутся брать в руки книгу или журнал, поскольку чтение в режиме онлайн предполагает совершенно другие условия - нельзя, например, читать в метро, в постели или в сортире (это, вероятно, три наиболее распространенных вида "чтения для души"). Распечатанную версию, конечно, можно взять и в метро, и в постель, но в таком случае печатное издание или книга снова окажутся в конечном итоге на бумажном носителе, только качество каждого конкретного экземпляра во многом будет зависеть от технических характеристик браузера и возможностей принтера. Кроме того, электронная версия на бумажном носителе будет лишена художественного оформления, запаха клея, ее будет трудно поставить на полку, словом, такой вид издательской продукции потеряет многие из тех черт, которые до сих пор ценятся читателями.

Исходя из этого, можно предположить, что если виртуальная библиотека и берет на себя функцию замещения "реальной", то происходит это не потому, что это замещение в глобальном масштабе возможно, а потому что таким образом решается проблема доступа к текстам, но не более. Как же в свете этого обстоят дела у издателей и книгопродавцев? Судя по всему, в России, как и во всем мире, Интернет мирно вписался в издательское дело и книготорговлю и занял там прочные позиции, осуществляя функции распространения информации, рекламы и продажи. Несмотря на все экономические трудности, в том числе и нестабильность банковской системы, что серьезно влияет на объемы онлайновых продаж, прогнозы для России могут быть вполне оптимистичными. Например, интернет-магазин "Книги России" (book.ru), "по сообщению "Символ-Плюс", в настоящее время <...> получает от 100 до 200 заказов в день от более чем 30 000 постоянных покупателей. Его работу обеспечивает около 20 человек, работающих в московском и петербургском офисах компании" 30 . Конечно, разница между западным и российским издательским и книготорговым бизнесом будет заключаться не только в доходах и объемах продаж, но и в количестве сайтов, существующих в этой категории, в их эффективности, в уровне разнообразия и специализации и проч. В этом наблюдении нет, конечно, ничего нового и объяснение этому исключительно просто - различные экономические условия при старте и существовании. Интересно было бы отметить другое, а именно какое место издательский бизнес и книготорговля занимают среди других интернет-ресурсов. Например, книготорговля понимается составителями интернет-каталогов на Западе как один из видов торговли, и сайты, таким образом, чаще всего попадают в категорию "shopping". Известная директория yahoo! предлагает следующую логику нахождения искомых издательств и книгопродавцев (в данном случае имеется в виду просмотр - browsing, а не использование поисковой машины напрямую): "экономика и бизнес" - "торговля" - "книги", а внутри категории "книги" уже будут найдены категории "книготорговцы" (7207 сайтов) и издатели. Обе категории, в свою очередь, будут разделены на подкатегории в зависимости от специализации. Найти книготорговцев и издателей можно и через категорию "искусство и гуманитарные науки", но оттуда пользователя отошлют все равно к разделу "бизнес". В широко известном российском yandex'e издатели попадут в категорию "производство и поставки", а книгопродавцы (числом 56) окажутся в категории "культура и искусство" и подкатегории "литература". Параллельный просмотр категории "торговля и услуги" на yandex'e также позволит пользователю найти искомых книготорговцев, только "зарегистрированы" они будут в разделе "культура и искусство", куда пользователя и отошлют. Разумеется, из такого небольшого сопоставления не стоит делать далеко идущие выводы, но все-таки оно показательно: в России даже продажа книг имеет больше отношения к культуре и искусству, чем к бизнесу 31 , хотя многие магазины продают книги по всем областям знаний.

Литературные журналы, и чисто электронные, и дополняющие (рекламирующие и продающие) свою бумажную версию (один из примеров - "Новое литературное обозрение"), имеют сравнительно мало аналогов в англоязычном мире. "Литературный журнал" понимается там как издание либо для профессионалов (т. е. научный академический журнал), либо для маргиналов (Literature and Medicine, Harvard Gay & Lesbian Review и т. д.). Конечно, есть и исключения, но такой сильной, как в России, традиции толстых литературных журналов, которые было бы просто стыдно не читать приличному человеку, в англоязычном мире нет. Правда, это уже не имеет отношения непосредственно к Интернету и определяется более общими культурными особенностями. Категория, куда мы включили электронные периодические издания, довольно размыта (как, впрочем, и само понятие периодичности по отношению к Интернету). Наиболее ярко выраженными традиционными журналами являются электронные версии существующих бумажных изданий (см., например, списки на сайте "Журнальный зал"). Они прекрасно существуют в "реальной" жизни, и жизнь виртуальная нужна им, как и издателям и книгопродавцам, для целей в большей степени коммерческих. Другое дело чисто электронные журналы. Они тяготеют к тому, что мы условно определили словом "тусовка" 32 , т. е. дискуссия в свободном режиме, достаточно высокая степень вероятности для автора быть напечатанным даже в тех изданиях и на тех сайтах, где критерии оценки литературного качества достаточно высоки, более свободный стиль высказываний, вплоть до использования ненормативной лексики во вполне серьезных нефикциональных текстах 33 , ощущение "особенности" развития литературы, которая живет в виртуальной реальности 34 . Это последнее будет наиболее важным и определяющим для всех, кто имеет отношение к "сетературе". Редакторы электронного журнала "Вавилон" так определяют эти особенности:

"Пафос этого раздела нашего сайта - не только в том, чтобы представить в Сети авторов и произведения, появившихся в "бумажной" периодике. Наиболее интересные журналы и альманахи, сборники, газеты, книжные серии выступают не просто как "техническое" средство довести до читателя те или иные тексты, почему-либо еще не изданные в виде книги. В них создается контекст - неслучайное соседство текстов и авторов; тем самым происходит структурирование литературного пространства: появление разных авторов в одном и том же журнале подсказывает нам (в норме), что этих авторов нечто объединяет. Некоторые издания идут дальше, создавая уже не контекст, а метатекст - своеобразное литературное произведение, состоящее из текстов разных авторов; в каждом выпуске такого журнала или альманаха присутствует свой сюжет, своя внутренняя драматургия" 35 .

Наиболее радикально настроенные представители "сетературы", или "кибературы", попросту противопоставляют себя "наследникам Гутенберга" 36 . Необходимо, конечно, отметить, что далеко не вся литература, существующая в Интернете (даже в пределах "тусовки"), может считаться "сетературой". В этом смысле переориентация писателя, сформировавшегося в доинтернетную эпоху, вряд ли возможна. Для тех, кто дебютировал публикацией в Интернете или связывает основную часть своей литературной жизни с пребыванием в сети, Интернет с его интерактивными возможностями, изменчивостью и гипертекстуальностью, как кажется, явился основой создания нового литературного качества 37 . Далеко не все, разумеется, с этим согласны. Для критика Д. Горчева такое разделение на литературу и "сетературу" просто не существует, как и критикуемое им противопоставление профессионалов дилетантам. С точки зрения Д. Горчева, следует говорить о сетевом литературном процессе, а обитателей Интернета классифицировать по тематической ориентации и связям с несетевой литературой (подобные классификации автор и предлагает в своей статье) 38 . Кажется, что позиция Д. Горчева не до конца последовательна, поскольку за сетевым литературным процессом изначально признается такая значимая характеристика, как его игровая (игра как существование в виртуальной реальности) сущность, а уже одно это, на наш взгляд, способно привнести определенные отличительные черты и в сами произведения.

Небезынтересным будет также отметить, что освоение сети в России пришлось не только на эпоху общественно-экономических и политических перемен, но и на время расцвета постмодернизма. Не вдаваясь в дальнейшие теоретические дебаты по поводу названия и даже сущности того, что происходит сейчас в русской культуре, - вся ли она развивается в рамках постмодернизма, или только ее маргинальная часть; постмодернизмом ли все это называется или уже постпостмодернизмом, - отметим только, что бытование литературы в сети, особенности, которые накладывает Интернет на литературу, и влияние новых технологий на литературный процесс в целом заслуживают самого серьезного внимания со стороны не только сетевых литературных критиков, вклад которых в разработку этой проблемы переоценить трудно, но уже и теоретиков (и, возможно, не только литературы) академического направления.

В рамках одной статьи решить все культурологические вопросы, связанные с развитием технологий даже в том узком аспекте, который был определен для этого обзора, конечно, не представляется возможным. Мы попытались лишь очертить те проблемы, которые, на наш взгляд, заслуживают дальнейшего научного изучения в рамках культурологии, филологии и информационных наук. Наиболее актуальными и значимыми для создания теории литературы русскоязычного сегмента Интернета являются такие темы, как особенности сетевого литературного процесса и бытования литературы в Интернете или их отсутствие, соотношение профессионализма и графоманства, характерные черты сосуществования бумажной и электронной литературы. Общеизвестно, что статус бумажного издания во всем мире гораздо выше сетевой публикации даже на самых известных сайтах, поэтому и премией за лучшее литературное произведение во многих сетевых литературных конкурсах является бумажная публикация литературных произведений 39 . В России, правда, тех, кто "пишет для души" и одновременно надеется на коммерческий успех, неизмеримо меньше, чем на Западе, - духовное и потребительское начала здесь все-таки располагаются на довольно большой дистанции.

Последнее и будет определять характер Рулинета в целом. Многие его особенности коренятся не столько в экономических и политических процессах, происходящих в обществе (хотя их сильное влияние исключить невозможно), сколько в самой ментальности создателей и пользователей (или, точнее, создателей-пользователей), вне зависимости от того, на каком домене они находятся.





© Екатерина Рогачевская, 2001-2017.
© Солнечное сплетение, 2001-2017.
© Сетевая Словесность, 2002-2017.





(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]