[Оглавление]


[...читать полную версию...]



"ПОЧВА"  ДЛЯ  ПОЭТИЧЕСКОЙ  ШКОЛЫ

Заметки об альманахе "Литературная Рязань", выпуск 1-2


Издание региональных литературных антологий сегодня дело редкое. Потому, когда в Рязани возобновился выпуск альманаха "Литературная Рязань", затеянного еще в 1955 году (вышло 6 выпусков), это не могло пройти мимо внимания культурной общественности. Альманах был издан в рамках долгосрочной целевой культурной программы Рязанской области. На презентации, состоявшейся 16 марта, о нем говорили в превосходных степенях, благодарили Правительство области за появление книги... Но благая инициатива представления рязанских авторов - это одно, осанна самому альманаху - другое. Обязательный элемент культурного процесса - критическое осмысление совокупного труда многих (но, увы, не всех) рязанских авторов.

Солидный том альманаха (формат А6, 460 страниц, плотная бумага) - обильные "лакуны": в нем нет многих писателей, заявивших о себе в Рязани и даже вне ее. Начиная... с главного редактора еженедельника "Литературная Россия" с 1989 по 1994 год Эрнста Сафонова и его брата Валентина Сафонова.

Поэт и критик Константин Паскаль уже подсчитывал в статье "Первая Рязанская" (о хрестоматии для школьников "Литература рязанского края") скольких заметных авторов в хрестоматию не включили. Сегодня повторилась та же картина. Не связано ли это с концепцией, каковую я постигла на личном опыте участия в коллективном сборнике?

Предложила в него статью о стихах поэтессы, которую искренне считаю самой многообещающей из рязанских "традиционалистов" сегодня - Татьяны Бочаровой. В статье "Между прошлым и будущим" содержался вывод, что не существует рязанской поэтической школы, отличной от поэзии других регионов с "аграрной" ментальностью. Это мнение вызвало неприятный фурор и даже намерение вырезать из статьи все обобщения, оставив только безобидную рецензию - мол, в первом после 20-летнего перерыва альманахе незачем все свое хаять. Странно, но в начале XXI века еще кто-то о литпроцессе говорит в контексте хвалы и хулы!..

Но потом статья пошла в альманах, как есть, но... в специальную рубрику "Полемика" - в паре со статьей профессора-есениноведа Ольги Вороновой "Образы родимой стороны..." (К вопросу о существовании рязанской поэтической школы)". В свете преамбулы я не могла предположить ничего, кроме того, что О. Воронова будет "все свое хвалить" и утверждать наличие данной школы. И не ошиблась.

О. Воронова дала определение: "Поэтическая школа - это литературная общность... поэтов, руководствующихся сходными творческими принципами. Это типологическое родство выражается через художественные произведения, утверждающие близкие идейно-художественные, духовно-нравственные, гражданско-патриотические, эстетические ценности". Мне ближе определение Владимира Аристова, выработанное им в статье о школе метаметафоры "Заметки о мета": "Поэтическая школа"... - предельно широкое понятие, характеризующее некоторое... объединение поэтов, которое формируется не столько рядом людей, сколько рядом идей...". Разница тонкая: В. Аристов делает акцент на первенстве в литературной школе идеи, О. Воронова говорит о сходных творческих принципах - о внешних признаках. Она же заявляет, что курс на регионализацию политической и культурной жизни, взятый в последние двадцать лет, привел к "автономизации" провинциальных литературных сообществ, куда переместился и вектор литературной активности, что создало условия для формирования региональных литературных школ. Этот тезис противоречит дальнейшему утверждению о времени сложения рязанской поэтической школы - середины ХХ века, когда активно работали Е. Маркин, А. Архипов, А. Сенин: или двадцать лет, или пятьдесят!..

Наиболее яркие внешние признаки рязанской поэтической школы О. Воронова связывает с именами и наследием "классиков рязанской литературы, поэтов поистине российской величины: Маркина, Архипова, Сенина. Их вклад в особой степени определил самобытность рязанской поэтической школы... Именно они заложили краеугольные художественные основы в фундамент рязанской поэтической школы, традиции которой достойно продолжены яркой генерацией поэтов-"почвенников".

Список оных признаков по О. Вороновой:

Далее следует добротный разбор поэзии А. Сенина, в ходе которого О. Воронова по пунктам подтверждает его цитатами каждый свой посыл, характеризующий рязанскую поэтическую школу, которая выражается каламбуром "От Есенина до Сенина".

Очевидна размытость определений "рязанских" поэтических тенденций, данных О. Вороновой - и отсутствие ключевого понятия "почвенничество". И неясно, чем отличаются рязанские почвенники от почвенников вообще?

Как иронизировал Вячеслав Огрызко в статье "Недостижимый идеал. Русская литература ХХ века в зеркале энциклопедических справочников": "...Эти общие слова применимы к каждому второму поэту... В таком тоне можно написать чуть ли не обо всех русских поэтах, выросших в смоленской или рязанской деревне" - имея в виду Н. Рыленкова.

Если в статье О. Вороновой вместо имени А. Сенина подставить имя Н. Рыленкова, и Смоленск вместо Рязани, больше ни слова менять не придется.

Чем не "ощущение нерасторжимой связи с миром родной природы" у Рыленкова:

Чем не "поэтизация русского национального характера и его крестьянской первоосновы":

Чем не "драматизм столкновения природы и цивилизации" и "народная правда":

Чем не забота о "утрате родовых корней, отрыве от почвы и веры":

Чем не "служение Отечеству - нравственный долг человека":

В Сети на слова "поэты-почвенники" - мощный вал ссылок на стихотворные цитаты, каждая из которых иллюстрирует тезисы О. Вороновой.

Вот "трагедия гибели русской деревни":

Вот "жажда возвращения к естественным основам бытия, к духовности":

Вот единство глобальной Родины и человека:

Вот торжество православной этики:

И даже вполне почвеннические выводы о современной исторической ситуации:

И так далее. Все цитаты демонстрируют "следование критерию народности в духе и языке стиха". Думаю, что О. Воронова предложила развернутую характеристику "почвеннической" поэзии вообще, а не рязанской поэтической школы (которой нет).

Когда литературовед Адриан Македонов вывел гипотезу о существовании смоленской поэтической школы, он предупредил: "... смоленская земля отнюдь не обладает какими-то особыми почвами, позволяющими выращивать поэтов, а тем более, целую поэтическую школу... Есть в этих поэтах... нечто общее, объединяющее их в пределах того еще более общего, что объединяет всю... советскую поэзию". Центром "школы" назывался Исаковский, самым крупным поэтом - Твардовский, значительным - Рыленков. Твардовский оскорбился, ибо счел, что "школа" замыкает его в рамках провинциальной литературы, тогда как видел себя фигурой всесоюзного масштаба (выделение мое. - Е.С.). То, что в Смоленске уже пережили, в Рязани только начинается с боевой заявки на исключительность рязанской поэтической школы. Какой в этом престиж? - не пойму. Но в самой полемической публикации звучит грозное предостережение: не замай рязанскую "мифологию"!..

Альманах "Литературная Рязань" словно призван подчеркнуть "почвеннический" характер местной литературы. Соотношение авторов почвенническо-реалистического блока и прочих - не в пользу остальных. Даже молодежь привлечена правильная, видящая розовых коней и рубиновое солнце над серебром берез. Лейтмотив поэзии в альманахе - две строки В. Хомякова: "Провожал Полонский... А встречал Есенин!".

Правда, не нашлось в нем места братьям Сафоновым, в штыки принимавшим утверждения, якобы литература может быть региональной...




© Елена Сафронова, 2011-2017.
© Сетевая Словесность, 2011-2017.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]