Словесность: Кибература: Владимир Татаринцев: Путешествие Х- Самое трудное, что тебя ожидает в пути, - продолжала угрюмо бубнить мать, - это не зацепить одеждой край ночи и не опрокинуть ее в шапку нищего. В нашем роду со многими такое случалось, если они уходили до срока. Подожди, потерпи еще немного. - И он увидел, как на глаза ее наворачиваются прозрачные слезы.
"Заговаривает зубы, - думал Х, - чтобы не болели в дороге. Она - мастерица по эдаким штукам. Что ж, можно только сказать ей спасибо".
- Спасибо, - сказал Х.
Больше он не стал слушать причитаний старухи. Быстро надел шляпу, вывернув ее шелковой подкладкой наружу, как полагалось поступать странникам, набросил на плечо кусок полосатой ткани, сунул в карман золотую монету и флакончик из-под духов, обнял плачущую безутешно мамашу и шагнул за порог. Смеркалось. Предвечерний туман отозвался на его рассеянный взгляд слабым колыханием, а звуки шагов по знакомой тропинке отдавались в ушах четким ритмом. Вскоре, однако, родные места остались далеко позади.
Дом, куда Х вошел, едва не споткнувшись о спавшего у порога нищего, был самым большим и красивым в городе. "Дом - это мир внутри стен, - думал Х, поднимаясь по парадной лестнице, и мысли его были пышными и парадными, - а мир - это я вне моего дома". Его встретил лакей с напомаженными волосами, и Х попросил доложить хозяину о своем приходе. Лакей покосился на странный головной убор странника, но на хамство и грубость не отважился, а только плотнее сжал губы так, как будто боялся, что чудаковатость просителя может заползти ему в рот и дурно отразиться на его устоявшихся жизненных принципах, - и исчез за дубовою дверью.
- Да, мне нужен работник, - голос принадлежал полному лысеющему мужчине с загорелой плешью, блестящей как медный пожарный колокол, и носом по форме напоминающим кран. Он восседал в кресле, запахнувшись в красный халат с вытканными на нем черными спиралями и белыми пирамидами, а сзади стояла очень худая молодая еще женщина с огненно-рыжей растрепанной шевелюрой. По опаленным кое-где волосам и следам старых ожогов на руках и лице видно было, что незнакомец успел познать жар, разрушающий жизнь, и научился укрощать пламень. - Но к тебе у меня будет несколько требований и обязанности твои будут не совсем обычными, а возможно, тебе они покажутся даже совсем необычными.
Х молча ждал разъяснений. Когда слуга и рыжеволосая женщина удалились, повинуясь жесту хозяина, тот продолжил:
- Во-первых, - и это самое главное - ты никогда не должен пытаться увидеть то, что находится за этой дубовой дверью. Если ты нарушишь запрет, я жестоко покараю тебя. Во-вторых, работа твоя будет состоять лишь в том, что все дни напролет ты будешь проводить в блужданьях по городу, наблюдая за моей женой, пока тебе не удастся выведать, отчего она отказалась от пищи. И в-третьих, платой за труд тебе будет мой самый большой секрет.
Х подумал, что имеет дело с безумцем. Причина худобы женщины была ясна ему сразу - пристрастие к запаху гари лишало ее аппетита. Правда, источник зловредного дыма был ему неизвестен. Секрет пожарника - а лысеющий представился как пожарник - нисколько не интересовал Х, как не интересовало его и то, что скрывалось за дубовою дверью.
Минуту подумав, он согласился. Х привлекал новый город.
налево прямо направо