[Оглавление]


[...читать полную версию...]



ЛИТЕРАТОР


I'm the little jew
who wrote the Bible

/L.Cohen, "The Future"/

Что-то колет в левом боку... Все колет и колет...

Я окончательно стряхнул сон и повернулся. Движение отдалось болью в висках. Вперед тебе наука: не пей кофе два раза подряд в одном и том же Нет-кафе.

И главное, как аккуратно научились работать. Раньше бы с помпой, с дубинками, руки за спину, башкой об железную дверь. А теперь - прыснули какой-то гадостью, и все, вырубился. И даже не знаю, сколько так валялся...

А что же это там колется все-таки? Я пошарил во внутреннем кармане пиджака. Ага, в протоколе это назвали бы "самодельное устройство для несанкционированного подключения к Сети". Забавно - столько раз спал в одежде, и каждый раз какая-нибудь такая штука в кармане обязательно мешает лежать. Лет сорок назад, к примеру, был очень похожий шнурок с разъемами на концах - только для мага, а не для Сетки.

В двери заворочался ключ, и в комнату вошел человек в форме охранника.

- Проснулся, что ли? Пошли тогда... да пошевеливайся!

Комната, в которую меня привели, оказалась почти такой же, как та, где я спал. Только с окном: в одну из стен был встроен большой экран. У экрана стоял кто-то крупный и лысый и наблюдал бегущих антилоп. Второй, в пиджаке, сидел за столом перед лаптопом.

- Кто такой? - спросил пиджак, взглянув на меня, но обращаясь, очевидно, к лысому.

Лысый вынул из чемоданчика пластиковую карточку (ага, все-таки пошарили у меня по карманам!) и передал спрашивавшему.

- Якобы профессор. Бывший. Специалист по худлу.

Надо же, "по худлу". Как быстро слово заражает язык! Еще, кажется, вчера его не было, зато была "художественная литература", а потом вдруг раз! - и уже везде "худл". А мы-то еще радовались - ну как же, Сеть, независимые публикации, всеобщие библиотеки...

И главное, как незаметно это всегда подкрадывается, совсем не оттуда, откуда ждешь. Помню, в школе обсуждали Бредбери, сколько-то там по Фаренгейту. Потом фильм еще был, "Имя Розы", где библиотека горела...

Оказывается, все проще. Никакого шума, никаких горящих библиотек. Просто это стало никому не нужно, безо всяких запрещений и катастроф. Контент им нужен, Кон-Тент. Кристаллизация фактов, пьюрификация образов. Плюс все на скорости, на многоканальности - значит, надо успеть заманить, но не навязываться, шокировать - но не надоесть. Цифр и зрелищ, и без занудства! Никаких тебе романов, поэм и пьес, только "шутеры": короткий эротический эскиз, анекдот, интеллектуально-психологическое эссе-афоризм. Но и то не больше двух скринов подряд, потом снова "просвещение". Позже они научились и сами шутеры нашпиговывать "просвещением": где название-имя упомянут невзначай, где еще потоньше суггестия - фирменный цвет, лозунг...

А все остальное - бред предков. "Худл", как пророчески заметил еще в конце века один журналист-жополиз из столичного дайджеста...

- Уснул, что ли, развалина?! Отвечай, когда с тобой говорят! Где и как ты связался с "Вольными Стрелками"?!

- Остынь, Сема! И давай поспокойнее, не обижай уважаемого гостя, - одернул пиджаковый лысого, отрываясь от экрана лаптопа, где мелькали страницы моего персонального файла.

- Куда уж спокойнее, когда эта зараза, Малютка-Джон, до сих пор на свободе. - Лысый подскочил ко мне и изо всех сил вцепился в край стола.
- Если бы просто хакер был, кем-то обиженный - он бы с какой-то особой целью бомбил. Даже сумасшедший Монах Тук - тот хоть религией свои выходки оправдывает, в дискуссии вступает; говорят, он больше не трогает, если правильно ответишь на его вопросы. Но этот же громила Джон просто развлекается! Я был еще спокоен, когда он сорвал телеконференцию в "ЦЦЦ&Ц": все-таки не мы их обслуживаем. Да и правда смешно было: этот парень на три часа обесточил их главный офис с помощью старинного кипятильника! Просчитал нагрузку на электросеть и включил обыкновенный кипятильник в обыкновенную розетку в смежном помещении. Все электронные газеты хохотали.

Но когда он наш банк данных хакнул, это была уж совсем неслыханная наглость. Двадцать человек с утра до ночи пашут в Отделе Безопасности, отсекают все самые тонкие возможности влезть в систему - а эта сволочь под видом уборщика приходит во время обеда в мой собственный офис, посыпает каким-то порошком клавиатуру... И на следующий день логинится с моим собственным паролем! Нет уж, я их всех передушу! С этого старикашки начну, а Малютка-Джон будет следующим!

Несмотря на всю серьезность угрозы, я не мог не улыбнуться. Лысый замахнулся, но пиджаковый остановил его властным движением руки.

- Да чего ты с ним цацкаешься, - продолжал лысый, садясь к столу рядом с пиджаком. - Он же издевается, смотри!

Но пиджак, похоже, истолковал мою усмешку по-своему.

- Отнюдь, - возразил он, глядя на меня.

- Отнюдь нет, - сказал я.

- Что?!

Мои первые слова здесь, похоже, произвели впечатление: оба безопасника открыли рты и на мгновение стали похожи на рыб.

- "Отнюдь" - так не говорят, это все равно что "вовсе". Правильнее говорить "отнюдь нет". Бунина почитайте.

- А, вот Вы о чем, - пиджак тоже улыбнулся. - Ну, это Вам виднее, Вы же у нас профессор. И Ваша улыбка вовсе не издевательская, правда, Виктор Франкович? Вы просто подумали, что сами Вы в этой игре - мелкая сошка, и нам все равно от Вас никакого толку. С другой стороны, "Вольные Стрелки" обязательно отомстят за Вас. Так?

Я неопределенно пожал плечами.

- Ну, в чем-то Вы правы, - продолжал пиджак. - Вы Сему извините, он любит на первого попавшегося все валить. А Вы ведь совсем другого профиля специалист, это понятно. Знаете, до того, как сюда попасть, я работал в Отделе Просвещения...

- В Отделе Рекламы, - уточнил я.

- О, этот устаревший термин! Вы конечно к нему привыкли, но мы, знаете ли, теперь называем это "просвещением". Как-то мягче. Так вот, я по долгу службы тоже бывал в Худл-Архивах, отбирал разные яркие выражения для лозунгов наших... э-э... просветительских программ. Помню, в ролике фирмы-установщика офисной противопожарной сигнализации очень хорошо прошло это... как же там было?... А-а, вот - "Рукописи не горят!". Так что мы с вами почти коллеги, да...

Но сейчас о другом разговор. - Пиждак встал и прошелся вокруг своей половины стола.
- Мы очень интересуемся группой Робина. Сема тут уже покричал перед вами... горячий он у нас, молодой, да и на Малютку-Джона у него зуб. Но мы же понимаем, что все эти акции происходят по команде вожака. А он, Робин ваш, оч-чень хорошо скрывается. Выскочит где-нибудь с речью - потом неделя студенческих волнений, а его и след простыл.

Хотя кое-что у нас есть и на него. И о его связях с "Бучей-8", и о его покровительницах "наверху" мы знаем достаточно. Скажем, в скандале с бывшим боссом OutLine была замешана пресловутая леди Орлеанская, мы в этот раз почти взяли ее с поличным... Однако и тут опоздали. Во-первых, она очень тонко водила за нос этого директора. Оказалось, что она даже никогда с ним не встречалась. Мол, "Ваша тонкая душа лучше проявляется в письмах", "я так боюсь разочароваться" и прочая подобная лапша, на которую этот болван купился, а никакого компромата на нее получить не удалось. Во-вторых, это ведь не у нас случилось - сами понимаете, каждая контент-корпорация старается скрыть некоторые вещи от конкурентов, особенно по части скандалов и провалов...

- Да зачем ты ему все это рассказываешь?! - не выдержал опять лысый.

В этот раз пиджаковый только взглянул на него, и тот снова сел.

- Я вот почему все это Вам рассказываю, Виктор Франкович. Нам совсем ни к чему Ваша смерть или тюремное заключение. Хотя мы можем наполнить Вашу жизнь мелкими неприятностями... знаете, они могут быть порой похуже тюрьмы, особенно в Вашем возрасте. Но мы предпочли бы предложить Вам сотрудничество. В общем, нам и уничтожение группы Робина было бы невыгодно. Все, что нам нужно - лишь немного информации. С небольшим опережением знать о готовящихся акциях "Стрелков", вот и все. Вполне возможно, мы вообще не будем их останавливать. Такие вещи, как провал "ЦЦЦ&Ц", даже на руку нашей компании.

- А мне-то как: на руку, с руки или по рукам? - спросил я.

- В долгу мы не останемся, - кивнул пиджак. - Вы ведь случайно с ними связались, верно? Захотелось слегка тряхнуть стариной, понимаю. Ну так мы можем Вам собственную передачку организовать, а? Или устроить Вас обратно в Университет Контента, гда Вы раньше служили. Там как раз нужны специалисты по разным... э-э... древностям. Все-таки эти ценности прошлых веков, что-то в них есть. Хотя конечно, время идет, все меняется, и выясняется, что прав...

- Минздрав, - продолжил я.

- Что?

- Да так, старинная рифма. В Университет - вряд ли. А вот насчет передачи, это можно обдумать.

- Вот и славно. До встречи!

На улице таяло. Мокрый снег хлюпал под ногами, а я шел и не знал, смеяться мне или срочно смываться из города. Смех смехом, но как далеко это зашло!

И все-таки удивительно: никогда не знаешь, какой виртуальный персонаж приживется лучше. "Малютка-Джон" - вроде грубый черновик, первый опыт, дешевые трюки. "Орлеанская" и "Монах Тук" - просто на паре бутылок пива сделаны. Зато каким героями стали эти трое! А над "Робин Гудом" столько думал, подбирал материал... а эффекта вроде никакого. Теперь, конечно, придется малость перестроиться. Подумать только - "Наш человек в Гаване" был моим любимым романом в институте! Но для верности стоит, пожалуй, слазить в Британский архив старика Грина... заодно "Комедиантов" перечитаю.

В любом случае, встреча прошла очень даже плодотворно. Вот и "Бучу-8" снова помянули... Интересно, что за люди эта "Буча"? Надо бы связаться - название располагает. И еще интересно, кто же это грохнул OutLine. Я-то ведь не посылал туда свою "Орлеанскую".

/13 января 2018,
Приколотый Прометей Продакшн/




© Мэри Шелли, 1998-2019.
© Сетевая Словесность, 1998-2019.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]