[Оглавление]

БУКОВКА-НАТАШЕЧКА

(о писательнице Наталии Гиляровой)

"Наталия Гилярова является одаренной и вполне сложившейся писательницей с собственным видением мира, выразительным и сочным языком, имеющем в своем истоке следы платоновского словотворчества"
Владимир Войнович

Дюймовочка уснула навсегда 25 января этого года, в Татьянин день. Она была еще молодой, но многое успела – нафантазировала, намечтала целый мир прекрасный, описала его в своих рассказах, романах и повестях. ("Манная каша", "Оранжевая книга", "Посылки в рай", "Финтифля", "Читальня", "Неигра". "Цукаты", "Фиалка и бабы"). Она мечтала о рае на земле, о любви истинной, о мире совершенном, без зла. Мир земной – злой и жестокий, который больно ранит и убивает все творческие порывы, она высмеивала и обличала. А настоящий мир – воздушный, светлый, тихий и безмятежный населяла такими же прекрасными существами, как она сама. О том, что художники соединяют мир горний и мир дольний она знала не по наслышке, и сама служила этим соединением, была этой буковкой.

Буковка-Наташечка, Буковка родная, Что же ты погасла Буковка моя? Буковка-Наташечка, Нам не надо рая, Лишь бы ты жила еще, Тихий свет храня.

Любимая дочка известного советского скульптора-анималиста Эрнеста Николаевича Гилярова и экскурсовода Третьяковской галереи Ирины Леонидовны Гиляровой родилась в Москве и прожила свою юность на Патриарших прудах. Всё детство Наташи прошло на конюшне Московского Конзавода, где папа находил свои модели для скульптур. Это потом отразится в ее прозе.

"Пока детство не прошло, Кирюша почитал всех лошадей совершенно одинаковыми, только раскрашенными в разные цвета. Таким образом, он владел платоновской идеей лошади в чистом виде – единой, крутобокой, гладкой, безукоризненной лошадью. Что лошади! Они – животные фантастические, но тоже самое Кирюша воображал и о кошках. Кошки были одинаковы, только раскрашены по-разному, но все до одной – пушистые, мурчащие. Тощих и увечных не было".

( рассказ "Читальня", МОЛ СЛ РФ, 2003).

Папа Эрнест был членом Союза художников СССР и они часто всей семьей жили в Доме творчества писателей в Переделкино. Там маленькую Наташу, играющую в мяч, увидел поэт Арсений Тарковский.

"Я еще не знала, что он поэт, тем более не знала, какой поэт, знала только, что он – мой друг, Арсюша", – так начинает свои детские впечатления о нём прозаик Наталия Гилярова. Её "Необыкновенный друг" включен в книгу воспоминаний о поэте Арсении Тарковском. "Я жил и пел когда-то". Составитель Марина Тарковская.

В книге Наташа приводит стихотворение Арсения Тарковского, посвященное ей, маленькой.

1 января 1975 года Дорогая Наташа! Мы с тобою соседи. Склонность общая наша И слоны и медведи. А вот это, вот это Тоже зверь позвоночный Очень вкусного цвета Шоколадно-молочный. Как назвать нам медведя? Ну конечно – Арсюшей! С ним у нас, у соседей Соприродные души. Мы – вегетарианцы, Ценим пшенную кашу, Горячо, как испанцы, Оба любим Наташу! Твой друг Арсений

Так большой русский поэт Арсений Александрович Тарковский величал всех своих друзей от мала до велика. Наташе тоже выпала эта честь. Я думаю, что соприродность чувствовал не только Тарковский. Родство их душ ощущала и Наташа.

Прозаик Наталия Гилярова знала, что основой человеческих отношений является любовь, которую она определяла через краски, через цвет. Вот что она пишет в рассказе "Шкура": "Художники так и говорят о залежах лишней краски: "грязь". И ржавчина. Но под всеми наслоениями – изначальным ровным прозрачным слоем – она-основа жизни. Она – невиданная. Она – мифическая. Любовь." Или вот ещё в другом месте этого рассказа: "Получились бы прозрачные акварели. Не макеты деревьев, ни жесткий пейзаж Шишкина, а совсем другой, воздушный. В акварельном мире может существовать любовь – самый чистый первозданный тон, который затоптали жирные бессмысленные мазки."

Главная героиня этого рассказа Юля чувствует себя незащищененой в жестоком мире без любви.

"Не только любое неласковое слово ранит Юлю, но и случайный взгляд сбивает с ног. Она спотыкается и хватается за воздух!

Неразумно оставлять живую тварь в жестоком мире незащищенной, без опоры, без поддержки, а потом увечить, узлами вязать ей жилы. Каждый до единого здесь – агнец на закланье, всё– глина".

(рассказ "Шкура" из книги "Равноденствия". Новая мистическая волна. Издательство "Астол", Москва, 2004).

И как альтернативу здешнему, как лучший выход из жестокого мира писательница придумывает другой – воздушный и совершеннный мир – прекрасную планету Апельсин, на которой живут прекрасные апельсиниане.

"Один из апельсиниан, летая, крикнул Светке из-под своих сияющих небес:

– А правда, что у вас на Земле насекомые под названием "пауки" на своих шляпах носят вуали вместо перьев? И вуалью ловят насекомых под названием "мухи" и едят их?

А Светка закричала в ответ:

– Вы там что, ангелы?

А они покачали головами, захохотали и ответили:

– Мы – люди! Но мы живем на Апельсине! Поэтому нам хорошо, и мы летаем!"

("Оранжевая книга." Фантастический роман в звательном падеже. Журнал "Урал", 2021, май).

Наташа тоже летала. По крайней мере в своих произведениях. Жила в своем прекрасном придуманном мире по-своему. В этом воздушном, привычном ей мире, "в банке мёда на двадцать втором этаже", жили также Ганс и Грета – главные герои романа-буффонады "Манная каша", написанного Симолиной Пап и переведённого с лавландского.

Им было хорошо вдвоем и "вещи они нашли на прежних местах: одежду в шкафах, утварь на кухне, книги на полках".

"Наверное, Добрый Бог существует. Он покровительствует прекрасной и совершенной любви Ганса и Греты", – заключает писательница. Но если это не так и что-то грубое и противное нарушает гармонию мира, она со всей страстью защитника Прекрасного вступает в бой, используя иронию и сатиру.

" – А, так ты и есть та самая ошибка? Так тебя и твоего папу моя мама называет. А мой папа говорит, что ты все равно придешь за деньгами. Ты за деньгами пришла? И все это со злым личиком – вот-вот укусит острыми зубками! Я поспешно отдала свои жалкие подарки – коробку с конфетами и пакет с куклой и бежала...И зареклась тогда – никогда не буду корыстной, никогда не буду похожа на мать и сестру, никогда-никогда. Только любовь..."

(рассказ "Лета", журнал "Знамя". 1/2023).

Но не только любовь осталась читателям в прозе Наталии Гиляровой. В ее рассказах много философии, рассуждений о жизни и смерти, о творчестве, о разных проблемах бытия человеческого.Духовное как невидимая краска покрывает все ее творчество.

Удивителен рассказ " Старушки". Ее наблюдательность прозаика и симпатия к бабушкам связана и с сокровенной мечтой героини:

"...посиживать на балконе, непременно именно на балконе, на втором этаже дачи, обязательно деревянненькой, и попивать чаек, как купчиха Кустодиева, а не второпях...Лить его темной ароматной струйкой из носика чайника, вкушать благоухание и благодатный покой..."

И ещё много открытий можно совершить, читая прозу Наталии Гиляровой. Особенно впечатляет совершенным мастерством и глубиной последний ее рассказ "Соляная кукла". Неслучайно поэт Григорий Корин также посвятил Наташе свое стихотворение "Поющие голоса".

Вот отрывок из него.

"Говорят, то тут, то там, в небесах перепадает и нашим мечтам, и поющие людские голоса уносятся ввысь, как птичьи хоры, туда, где птицы творят чудеса, завидев наши сияющие взоры."

© Татьяна Горохова, 2025-2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2025-2026.
Орфография и пунктуация авторские.