[Оглавление]

"КОВЁР ЛЕТАЮЩИЙ..."

Борис Фабрикант о бессмертии

Борис Фабрикант пристально следит за изменениями, которые происходят с нами. Бытие для поэта – это события, путешествия, и не только в пространстве, но и во времени – из детства в юность, из молодости – в зрелость, смена времён года и целых поколений. Один заступил на вахту – другого просят уйти. Это же происходит и внутри одного человека – об этом хорошо рассказал Николай Гумилёв в стихотворении "Память". Абстрактные для многих понятия, например, дни и недели, можно, оказывается, "посчитать", и мы наблюдаем это в произведениях Бориса Фабриканта. Ушедший день поэт уже проводил, а наступающий – перед ним "встаёт спиной". Борис необычно говорит о вещах обычных – в этом сила и притяжение его дарования. Поэзия производит волшебство. Как бы рано ни вставал утром человек, наступающий день его по-любому опережает:

Каждый день, меня опередивший, Просыпаюсь рано и светло. Прошлый вечер осторожно вышел, Незаметно прошлое прошло. Свет идёт за солнцем по ступеням, Где теплей, и капают дожди. Время тоже ходит постепенно, Забывая всё, что впереди. Тишина, в окне летает ветер, Крутит, крутит флюгер ветряной, Я глаза в глаза в часах заметил, Новый день уже стоит спиной. Там, на карусели, на природе За порой катается пора. Ходиков на стенке пароходик Плавает от ночи до утра

Казалось бы, что нового можно придумать в привычной, вдоль и поперёк изъезженной силлабо-тонике? Оказывается, можно. Обратите внимание: в первой строке поэт пропускает сказуемое. Он уплотняет повествование, словно бы нечаянно перескакивая с прихода нового дня – на своё пробуждение. Затем – вспоминает прошлый вечер. Эти временные промежутки для автора – единое целое. Как определить, что событие, которое ещё длится, уже стало прошлым? Время живёт своей жизнью, независимой от человека: "Будущее догоняет прошлое, / Нет ни шва, ни молнии, ни грома", – говорит Фабрикант. Во временах легко заблудиться. Порой эпоха меняется так быстро, что человеку трудно найти себе в ней место. Автор затрагивает какие-то первичные вещи: вот жизнь течёт как река, вот лирический герой стихотворений сливается с этой рекой. В его произведениях, на грани мистики, проявляется чуткость к тому, что происходит на глазах. Нам не всё понятно в мире. Но в поэзии непонятность может стать высокой и щемящей. Борис усиливает эту глубинную непонятность – она становится у него концептуальной:

Как проложить дорогу, где следы Оставлены неведомым прохожим, Он без оглядки долго шёл, я тоже, На этой тропке около воды. Он шёл, не зная, что иду за ним, Ведомый незнакомым новым чувством, Не отвлекаясь чем-нибудь другим, Ни звуком шага по земле, ни хрустом. Мы не сходились раньше никогда, И встреча бы осталась неизвестной, Была земля, дорога и вода, И мир был полным, но ещё не тесным. И чувство редкое, и радость, и запал. И плеск реки на быстрине у брода, Где я едва волнение смирял, Всё ближе подходя к пространству входа

Это неожиданное для поэтики Бориса произведение, проникнутое символизмом. Помните, Блок говорил, что "преодолел символизм? Наверное, в Серебряном веке это было другое течение, его наполненность отличалась от современной поэзии. Но, по сути, символизм в творчестве непобедим, поскольку основой любого художественного высказывания является символ. В стихотворении Фабриканта нам не так важно, кто идёт впереди. Это точно не папа и не мама, поскольку "мы не сходились раньше никогда". Так кто же? Чужой, посторонний человек? Господь Бог в земном воплощении? Два человека, идущие след в след, сливаются у поэта с рекой жизни – и символизируют проходящие друг за другом поколения. Возникает полифония прочтения стихотворения. Борис Фабрикант берёт крупные вещи – и живописует их тонкими поэтическими инструментами: акварелью, альтом, неожиданными признаниями. Он "тянет память за верёвочку", герои у него ходят "в плащах из собственного света". И за всем этим чувствуется выстраданное мировоззрение. Поэзия – это своего рода скальпель.

Борис продолжает в своём творчестве лучшее, что наработано классиками. Есть замечательное стихотворение у Давида Самойлова – "Хочу, чтобы мои сыны...". В нём Самойлов пытается представить свой последний час, и приходит к выводу, что наша жизнь – краткий промежуток между двумя беспамятствами, до рождения и после ухода. У Бориса Фабриканта – такое же понимание и принятие жизни. Всё, что мыслится по-другому, для поэта – "зряшная тоска" ("Не проходит молодость упрямо..."). У Фабриканта я слышу внутренние цитаты из Самойлова: "А я стою – и только небу внемлю" ("В лесу костёр, змеиный плеск золы..."). Самойлов в стихах необыкновенно честен. Это же можно сказать и про стихи Бориса. Фабрикант видит различие между живой жизнью и бытием человека: "Я о прошлом, жизнь – о своём".

В раздумьях о жизни и бессмертии поэту удаётся заглянуть в глубокий колодец. Человечество столетиями билось над разгадкой гамлетовского вопроса – "быть или не быть?" Борис Фабрикант показывает, что вопрос этот – риторический. И правильный ответ на него – да и нет одновременно. Словно мы синхронно взяли сразу две клавиши:

Долго жить такое дело тонкое, Распахнёшься, душу надорвёшь. Жизнь сверкает старой фотоплёнкою, На которой больше не живёшь. Целлулоид плавится растеряно, Всех родных на снимках позабыл. Вышло солнце, небеса рассеяны. Быть или не быть? И был, не был

В этом стихотворении поэт поднимает ещё один важный, на мой взгляд, вопрос. Раньше многие художники проводили эксперименты со здоровьем, чтобы обрести изменённое сознание и написать что-нибудь стоящее, поразить современников. Сейчас, наоборот, мировые катастрофы, которые происходят в непосредственной близости от нас, настолько заменили творцам "абсент", что возникает другая опасность: как бы от всего этого не свихнуться разумом. "Распахнёшься, душу надорвёшь", – так формулирует эту опасность Борис Фабрикант. То есть, и "распахиваться", чтобы сохранить себя, нужно с умом. Человек есть мера вещей. Но, наверное, не любой человек. Жизнь вообще порой не поддаётся логике. Что-то в ней мы не можем понять, что-то – не можем забыть и осмыслить. Значит ли это, что мы в некоторой степени агностики? Не из всего, что происходит в мире, можно вынести для себя что-то важное. Что-то из того, чем мы дорожили, навсегда утрачивает ценность, если посмотреть с другого ракурса судьбы. Меняется и сам человек. Время – смиряет.

Пропуская отдельные слова, поэт усиливает в стихах таинственность бытия: "Приходили взрослые, привыкшие...". Куда приходили? К чему привыкшие? Дальше – больше: из-под ног пришедших уходит земля. И земля – тоже живая:

А земля теряется, качается, И находит место на постой. Собирается, встречается, прощается Со своей мечтою золотой.

Всё – таинственно, всё укрупняется, ничего случайного в мире не бывает. Вначале – "это призраки, вещи из памяти". Они ирреальны, но именно в поэзии – способны материализоваться. У Фабриканта возникает разорванность пространства – "где-то идут бои", а здесь всё по-другому. Внешние обстоятельства способны нас изменить, и сам человек часто не замечает, что он уже не тот, кем был раньше. Где эта ватерлиния между разными людьми в одном человеке – никто не знает, поскольку у каждого – свой водораздел. "Пока не стареешь – идёшь ледоколом по льду", – говорит Борис Фабрикант.

Лирика Бориса требует внимательного прочтения – её лёгкость обманчива. В детстве маленький человек свободен оттого, что многое за него делают папа и мама. В молодости мы находимся под влиянием иллюзия свободы – оттого, что много сил. Но позже наступает перелом. Одно и то же в нас – живое и мёртвое. Но есть что-то такое, что в памяти не стирается и не забывается: "Радуга, туман, под солнцем тающий, / Адреса и встречи до заката. / Прошлое, как мой ковёр летающий, / Уплывает медленно куда-то". Это светлая ностальгия, и прошлое – наша общая родина, где все живы и здравствуют:

...и папа, и мама пребудут вблизи, они не останутся в старой грязи с биноклями на приближенье, и будут видны отовсюду, и я никого не забуду, и к самым любимым всегда доберусь, не будет в любви промежутка, ведь смерть – это глупая шутка, и помню, что я остаюсь

Ностальгия – это проявление силы любви. Если бы мы не испытывали любви – мы бы прошлое и не воскрешали. У Бориса Фабриканта прошлое выходит далеко за пределы биологической жизни человека. Какую щемящую ноту взял поэт в стихотворении "Ров"! Это и есть, наверное, бессмертие – когда память работает и через лестницу поколений. Не глазами – сердцем и духом.

• Смотрите также: Борис Фабрикант в "Сетевой Словесности"

© Александр Карпенко, 2026.
© Сетевая Словесность, публикация, 2026.
Орфография и пунктуация авторские.