[Оглавление]



ТАКАЯ  МУЗЫКА


 



ДОЛГИЕ  ПРОВОДЫ

Не говори, что время позднее,
вот верный признак потепленья -
снег, свежевыпавший из поезда,
мои разбитые колени.

К чему влюблённым мудрость ворона?
Важней ушные перепонки.
Тебе за пазуху даровано
спокойствие души ребёнка:

там сохнет лук в чулке за печкой.
дверь открывается со скрипом,
печалится, что зябнут плечи,
сверчок, владеющий санскритом.

А твой герой не вяжет лыка
в разгар свечи и ночи жалок...
В углу шотландская волынка
стоит снопом из лыжных палок.

Он из фольги приклеил фиксу,
обиженную скорчил рожу.....
Что из того, что счастье близко,
когда сейчас - мороз по коже!

_^_




СЧИТАЛОЧКА

Прохожее пальто на части рвать
спешат кусты, как рыжие собаки.
За летним краснадео-део-бац
настало турба-урба-синтибряки...
Захлёбываясь дырочкой в свистке,
грязь притворилась ласковой и липкой.
Одна берёза скачет в сосняке -
пролезла из подкладки белой ниткой.
Не пригодился кремом от морщин
туман стеклу с названьем "лобовое":
порвался гром, сентябрь недоборщил,
недосолил и заболел любовью.
Что толку осень в скуке уличать:
она - твоя, красива и капризна!
Не рубаи любимую с плеча -
перечитай Хайяма и Хафиза.
Она всё ходит боком и шипит,
и жрёт остатки разума из плошки,
пока сама дорога не решит
перебежать дорогу чёрной кошке.
Фантазмы недопития - не суть...
Придётся, замерев под небесами,
на солнце дольше, прежде чем чихнуть,
смотреть осоловелыми глазами!

_^_




СЛАДКАЯ  ЖИЗНЬ

Откупорь старое кино, где первый кадр шенгенской визы -
гостиница, всё включено: свет, холодильник, телевизор.
Балконы поросли бельём сбежавших на пленэр девчонок...
Что в Римини тебе моём на Данте виале в Риччоне,
переживая Амаркорд субботним днём в толпе бесхвостых
друзей, ревнителей свобод, которые протяжный воздух
засасывают, как стакан до синевы на подбородке?!
(не покупай у молдаван венгерские косоворотки!)
В забое древних дискотек добыть несложно чёрный Гугл -
цепями, будто пленный грек гремя, жара идёт на убыль.
Поймав, заблудшую овцу на бойню тащит добрый пастырь,
чтоб мясо завернуть в мацу, запить вином и сдобрить пастой -
у повара кишка тонка и кетчупом облита тога...
пусть брызги молний с потолка внезапны, будто мысли Бога!
Пора бы стариной тряхнуть: лицом к лицу, в пылу забавы,
пройдём скорее этот путь по макаронине зубами!

_^_




САКАРТВЕЛО

Танцующий лезгинку шесть веков
оброс Тбилиси шерстью облаков -
оттуда и прядётся нить Кавказа.
Куру с Арагви Лермонтов связал:
у Грузии зелёные глаза
и гибкий стан девицы, что ни разу.

Я здесь гнездо стеклянное совью
чтоб миндалём украсить жизнь свою.
Шелковица икру и пудру мечет,
как будто запах чачи ни при чём,
цепляет ветер гаечным ключом
и с болью выворачивает плечи,

захочешь - колыбельную споёт...
Приходит время "запад-на-перёд"
туманом на коленках горы штопать.
А в Кобулети, ниже на этаж:
напоминает губы целаваш,
аджарский хачапури - глаз Циклопа:

холодной пеной море врёт в лицо,
не дождь идёт, а горькое винцо,
овечьим сыром небо быть могло бы
где смерч на горизинте до краёв
налит, как рог, и только грома рёв,
и голоса навстречу: гамарджоба!

_^_




ДОБРЫЕ  СКАЗКИ

Чего-то очень жаль, и не понять нисколько -
как мозг ноотропилом ни глуши -
Хоттабыча уж нет, но есть покой и Волька,
и камеры слежения кувшин.
Али-Баба за блажь уволен из театра -
какой щенок крестом пометил дверь?
Блокирует Сим-сим фальшивую сим-карту -
никак не отпирается теперь.....
Котовский, старый Щорс, чего шипеть от злости?
Маршак за всех решил, чего хотят:
спалил господский дом, чтоб не хамили гости,
и превратил племянников в котят!
Откосы парусов стрижи берут в кавычки -
кромешный штиль, закончилась ничьей
жизнь наперегонки, где флагманские спички
поштучно тонут в мартовском ручье.
Дощатые "толчки" наскальных гениталий...
Зашарканные чешки и трико...
Как нас любили те, кто в треугольной таре
за вредность получали молоко!
Мне сказочно везло на мелкие обиды...
Чтоб ощутить былую благодать
попробуй, прежде чем съесть пирожок с повидлом,
с какого края слаще угадать...

_^_




ПЕСОЧНАЯ  БАЛЛАДА

Песочница, а раньше был мой дом,
где я, в бреду черемуховых веток,
походкой молодого Бельмондо
соседских очаровывал нимфеток.
Листал Толстого, Пушкина усёк -
одна любовь к отчизне филигранна...
Теперь повсюду сыплется песок,
и жизнь груба, как кожа чемодана.
Всему - труба походная, пока
бросает, как торгаш на гирьку, ветер
слежавшиеся в небе облака
минтая в замороженном брикете.
Цыганский откудахтал леденец......
Двадцатый век, позволь, пока не поздно,
тебя вдохнуть, как жемчуга ловец
с запасом набирает свежий воздух.
Там память рефлексирует давно,
почти - собака Павлова с пробиркой.
И, если жизнь рифмуется с кино,
то в каждом кадре - Ленин и бутылка!

_^_




МОСТ  ВЗДОХОВ

Как тост анекдотичен и непрост,
в костюме Арлекина крут без меры,
ты знаешь, что с изнанки каждый мост
отполирован шляпой гондольера.
Похмельные попутчики хотят
холодной граппы - кьянти было мало,
чтоб мягкие морщинки на локтях
не осязали рустику канала.
Словами, будто брызгами играй,
летящими с весла: Hasta la vista!
Прихлёбывает воду через край
Венеция под тяжестью туристов...
Какую деву выберешь в пути
корпеть над улучшением породы?
Когда в карманах душных паутин
созвездия мерцают, как диоды...
Нос Казановы куплен за пятак.
Замри, зарывшись в плащ, как в занавеску,
пока в свою салатницу закат
кровавую морковь натрёт до блеска!
Охотник из Кортези-кон-Чиньон,
гондолу оседлал опять в ночи я -
разбит мосол уключины её,
и точит нож вокзал Санта Лючия!

_^_




КЛЮЧ  ОТ  СТРАХА

От синоптиков не отвертеться:
дождь, небритой щекою колюч...
Вот и мелочь, приятная сердцу,
под резиновым ковриком ключ,
что пропах углеродистой сталью,
открывашка, и - вместо свистка.
Я его в эту дырочку вставлю
и согну, покрутив у виска.
Поворот механизма натужен -
не хватает каких-то пружин.
Приглашает индейка на ужин,
а судьба соблюдает режим.
За подкладкой - идеи из меди,
в черепушке копейки звенят.
Как закат отвратительно медлит,
как стихи упоительно злят!
И в стране, где дороги в порядке -
в глушь, в Саратов, поэтов маня,
наступает прохожим на пятки
оболденская осень моя!

_^_




СОЛНЕЧНЫЙ  ЗАЙЧИК

Горят каштановые свечи,
выигрывает солнце в го.
Тебе несут стекло навстречу,
а ты проходишь сквозь него!

Грозит с небес стальная Кали...
Ты, только с радуги сбежал,
пьёшь воду мелкими глотками
из шланга, бьющего в пожар!

Игра в бутылочку из горла,
шестнадцать вёсен - заодно:
любви все возрасты попкорны -
последний ряд твоё кино!

_^_




НИМФА  ФАНТЬЕТА

Компас врёт и часы на руке неверны.
Мне ещё предстоит, предсказаниям вторя,
управлять многовёсельным ливнем луны
в первобытном бульоне Китайского моря.

Эти пальмы когда-то дружили с Москвой...
Попытаюсь сегодня, прокуренный циник,
в жёлтой пене волны обрести статус кво,
как лягушка - в жабо водяных гиацинтов.

В забегаловке, с треском ломая хитин,
лопать лопстера - прелесть! Но с дамами - слабо.
Дёрнув пива, уже прогуляться хотим
вдоль отлива, где звёзды и мелкие крабы,

где на фото косая девчонка с косой,
дуракам предлагает объятия с коброй...
Не артачься, славянскую душу присвой
и не щёлкай затвором, пока дядя добрый!

Посмотри, в темноте даже месяц пузат -
фотовспышкой к нему не дотянется "кодак".
Что-то с нами случится неделю назад -
если минет четверг и позволит погода!

Дай взаймы восемнадцать отчаянных лет -
токо рыбы вокруг, и фонарики токо...
Я тебя научу танцевать менуэт,
обнимать и делиться со мной силой тока!

_^_




МЕКОНГ

Соцветья падвы - символ чистоты,
бензином, слово Zippo, налиты...
Мангустом отобедала Нагайна:
у мальчиков, зарывшихся в песок,
горят рубцы резинок от трусов
а кто без ног - несут вперёд ногами.

Бамбуковые топи не пылят...
Морская мина, ржавый земснаряд -
на якоре его вставная челюсть.
Дрожат дома на сваях вдоль реки -
по стойке словно смирно пауки
и пеленгуют нас, почти не целясь.

Скажите, мати-мати, чей допрос
кому сегодня в рыло, кому в нос....
Кто окрестил Маккартни в честь Полпота?
Пусть с клёкотом по ветру перемен
летят из Сиемрипа в Лонгхуен
сжимая когти наши самолёты!

Пора прикинуть, кто кого надул:
начнём опять в 17-м году
менять арбуз с нитратами на водку!
Спеши, покуда солнце не коптит,
добить закат, выплёвывая птиц,
чтоб красный сок стекал по подбородку!

_^_




НИЩИЙ

всего лишь webа он просил
и взор являл живую муку,
но кто-то вирус положил
в его протянутую руку...

В эпоху, где не платят за простой,
где баннеры всплывают, как пельмени,
для жизни беззаботной и простой
Бог выберет тебя и не применит!
Удерживая ржанье под узцы,
рассмотришь, что завёрнуто в бумагу:
бесплатный сыр, кондомы и шприцы...
Какая низость - жить на дне оврага,
отрадно, что на южной стороне...
Хотелось бы, пока не тесно скальпу,
не впасть в морозм в рождественской стране,
и чокнуться с ЖК, бухая в "Скайпе",
ловить, ломая слово, языком
раздвоенным снежинки пресный крекер:
люля без баб, без точки в горле.com,
всё остальное тоже в человеке!

_^_




ГРИЗЕТКА

Лицо умоешь - капли на локтях
повисли в пустоте, как антиподы...
А ты, май лав, запомнила хотя б:
бумагу неба - в свадьбах и разводах?
Перебирая кнопки бересты,
я так один сегодня, кроме ты.
Гармошка с этикеткой "совиньон",
неотразима в зеркальце своём!

Придётся есть и выкать до вина,
в улитке застревая скользкой спицей.
Навыкате лангусты и луна,
мольберт - молельный коврик живописца.
Париж - улитка в соусе огней -
и башня эльфов путается в ней,
когда, накинув синий капюшон,
фонарным светом вечер расклешён!

Любила Сальвадора Далида?!
От глупостей кончают парижане.
Фуникулёр вцепился в провода,
хвостом внезапной ласточки ужален:
придётся ли по вкусу нежный яд -
лампады в Сакре Кёре нагорят.
К том у же, Саркази, стирая грим,
креветок обожает в позе гриль.

Сорвал Джек Потрошитель и никак
не заплатить по счёту этих карих....
Чего юлить, наш пастырь - Пастернак,
бурбоном промышлявший в тары-барах...
Теперь в местах известных вместо ягод
китайские бигмаки в форме пагод...
Позволь и мне такому, что не весть,
тебя жалеть за то какая есть!

_^_




ЧЁРНЫЕ  ОЧКИ

На лежаке солёном клавишей залипла,
вся из себя реклама: "бедность не порок"!
Сосед, залётный дрозд с Бискайского залива,
прицеливается, чтоб выклевать пупок.
Штормит сплошной волной - перманганата кальций,
ты, как алмаз в воде невидима почти,
холёный виноград мнёшь лепестками пальцев,
бумажка на носу и черные очки.
Разносчики вокруг орудуют умело:
катранчик с балычка, лаптей арбузных вспых....
Ты, словно Ифигения в Тавриде офигела,
в следах кофейных брызг из родинок своих.
Визжащая под плетью теннисного корта,
где жёлт запретный плод и палачи сильны
вернёшься, как болид, из облака Оорта,
чтоб распахать леса и вызвать дрожь земли!
Воистину фаст-фуд! Какая это скука
наличными платить и жить последний раз...
Сквозь трепет тетивы пройдёшь все кольца лука,
чтоб на меня смотреть не закрывая глаз!

_^_




СЛУЧАЙНАЯ  СВЯЗЬ

Мы с тобою - большая компания,
будто пули в двустволке, вдвоём -
на каком этаже мироздания
лифт по кнопкам пластмассовым бьём?

Чёрный вакуум тросами клацает,
вероятность осечки - пошла...
Словно душу холодными пальцами
расцарапал, а кровь не пошла!

_^_




ВРЕМЯ  БАЙКАЛА

        "...лучше гор могут быть только море..."

Изъездишься - в пыль, посещая священный Байкал,
в попутном кафе принимая бурятские позы,
где в кожу асфальта простор, как гвоздей, навтыкал
былинки стихов и отточия чеховской прозы.

Здесь быть осторожным природа заставит сама -
устало забулькивать пивом вечернюю копоть:
сплетаясь, ползут два ужа - Баргузин и Сарма
сквозь девичий стыд чабрецом истекающих сопок,

им время - людей будто крошки сдувать со стола,
высасывать с болью траву-камнеломку из трещин,
пока напрягает двуглавую мышцу орла
урла облаков, и сама от натуги трепещет.

Как тянется время, когда погружается в сон
холодное море, в укусах огней поселковых...
Шагами наладишь цепную реакцию псов
на свору ворон, пролетающих, словно подковы!

Тяжёлому солнцу недолго в разливе берёз
моторной ладьёй, не знакомой с законами Ома,
на грани провала греметь на подшипниках гроз
с охапкой сетей, что не терпится бросится в омуль...

_^_




КАРТЫ И ГОЛУБИ

Мне в "Мартини" достаточно горькой латыни и - баста!
Балтасар, Мельхиор и Каспар - гондольеров зову....
Невесомые голуби гальку клюют для балласта
и на площадь Сан-Марко приносят в тяжёлом зобу.

Проплывают дворцы вдоль канала витриной пирожных,
ванькек-встанек картёжных, в воде от макушки до пят.
Мэстро встречи - нельзя, как и нас изменить невозможно,
потому что гостиница с тонким названием Пьяв.

....а теперь мост Риальто, как карточный веер, горбатый!
Подмигнёт куртизанка, но мне ворковать не с руки:
пусть Андрей Родионов и Марк Шатуновский поддатый
инстинктивно преследуют горлицу с острова Кипр.

Ты полюбишь, хорошая девочка, пляжи на Лидо!
Просыпаясь с тобой на муранском стеклянном снегу,
обрету ипостась полосатого идола, либо,
наглотавшись камней, улететь никуда не смогу!

_^_




ИГРА  СНОВ

За что, кривому солнцу вопреки,
одной строкой пробиты две щеки:
от боли даже хрипу невпротык -
пусть вырвет зубы, только не язык!
Пусть по усам, пока могу терпеть,
течёт, как мёд, расплавленная медь.
Там свищет Свифт, светает рано там,
а на ветвях: аппорт и джонатан.
Встречаешь, как знакомого давно,
патолога-кинолога в кино,
с которым, хоть прикинься ишаком -
он тоже любит шум своих шагов.
Лежит на кочке, выполнив скачки,
лягушка, как забытые очки.
Звенит, с утра не попадая в тон,
натянутая леска плеска волн.
Падёж скота, винительный коттедж...
Грядёт июль, и запах лип не свеж.
В гнездо заглянешь за пожарный щит -
миноискатель жалобно пищит!

_^_




ПРАЗДНИК

Утиное горло болит саксофон -
подсадка на тяге, где хлюпает ряска -
в смычках камыша нежно крякает он,
вокруг - карнавала оральные маски.
Запуталось небо в сигнальных огнях,
стекающих, будто расчёсы от зуда...
Врагу не сдаётся наш крайслер варяг -
поэтому пушки стреляют оттуда.
На площади блеют, мычат, верещат,
играет легенда заезжая - "Смоки":
Народу не вредно курить натощак -
натащит портвейна, и всё ему покер.
Блефуя, кордоны охраны промять
приятно, тем более все мы - по найму,
готовы такое на виру принять,
что вряд ли удастся отделаться майной!

_^_




ДОРОГА

Опять к тебе с обочины опасной
раба любви с надеждой руки тянет...
Из-за спины её разметка трассы
короткими строчит очередями.
Хоть грешников рассадит по ранжиру
мир хаоса, что всё-таки Евклидов -
не отыскать местов для пассажиров,
которые с детьми и инвалидов.
Упрёшься в пень, но выйдешь за кавычки
копны люцерны, пущенной на силос,
и некому нарочно чиркнуть спичкой,
чтоб осознать, какая тьма сгустилась...

_^_




МОНТАЖ

Когда-нибудь всё будет порошок.
Лови момент избавиться от скарба,
как самурай - от собственных кишок,
кривым ножом порублен на стопкадры.
Романтика засохла на корню,
разинув страсть, как пасть гиппопотама...
Поэтому не веришь никому
и режешь по живому неустанно.
Как ни крути, все - выползки из недр,
и позитивно мыслящий дон Педро.
Там в президентах засветился негр,
здесь Сидор пьёт и мочится под кедром.
Кто следующий? Далее пробел -
мы так дразниться в детстве не умели...
Князь Трубецкой играет на трубе,
и Герцен - с погремушкой в колыбели!
С властями, не по возрасту, шалишь -
намедни потерпел опять победу...
Боязнь публичной казни прячешь в мышь,
а монитор проглотит людоеда!

_^_




ЭФФЕКТ  КРАСНЫХ  ГЛАЗ

За окошком, в прорехи черёмух
лезут тонкие пальцы огней.
Провожаешь гостей незнакомых,
замерзая в снегу простыней,
иероглиф любви, эге-гейша,
ночь разлуки ещё не мораль
пусть отравится бабой простейшей
непростивший тебя самурай -
он презреньем к судьбе прорезинен,
недоступен, как громоотвод.
На трубе добрый филин Феллини
сочиняет как раз Амаркорд...
или - злая сова Куросава
точит клюв, точно нож для суши...
Кто спасителем явится самой
несейчасной японской души?
В западне бьётся западный ветер
сердцем трепетных гадин - гардин.
Красноглаз, чисто выбрит и смертен,
успокойся, он тоже - один!

_^_




ПАДЕНИЕ  ВО  СНЕ

Легко засыпаем на чашах созвездья Весы,
где пар изо рта образуется в точке росы -
по чёрному бархату нас доведёт по прямой,
записан губами, он знает дорогу домой!

Озона не будет. Армстронга следы не видны.
Труба завывает, и - в ямочках щёки луны.
Пока занимается пчёлами млечный дымарь,
увял на рассвете и шею повесил фонарь.

Цветочным горшком облетает орбиту болид,
но бдит астроном, Ванька Мокрый, и в оба глядит!
Звучит нота перец, а значит, как в сказке, изволь
делить языком, что осталось, на сахар и соль...

_^_




ТАКАЯ  МУЗЫКА

Свален у забора птичий щебень,
прямо в лужу годовых колец.
В городской окраине ущербной
застоялся дождь, как холодец.

Жизнь не вызывает аппетита
хоть ползёт из новой скорлупы
по асфальту, набрана петитом,
как на пачке гречневой крупы.

Выгребаем, в будущее вперясь,
так лососи трутся борт о борт -
кажется, торопятся на нерест,
по идее - прутся на аборт.

Снова всё весомо, зримо, грубо:
Из кармана вытянув кастет,
композитор дал роялю в зубы,
вот и льётся музыка в ответ.

_^_




ВЕРХНИЙ УСЛОН

1.

Мы у пивных палаток били тару,
винтами лодок путались в сетях!
Как раненый боец на санитарах,
висел в зените коршун на локтях.

Былая нежить вынырнет нахально,
и снова опускается в кессон...
Сухой овраг, как кашель - бронхиальный,
и дым костра - поваренный, как соль...

Враги успели скурвиться и спеться...
Вдруг бывший клуб обрёл иконостас,
где колокол забит до полусмерти,
и бабье лето на дневной сеанс!


2.

Приму на веру оттепель условно
на Волге и тот факт апреля маркий:
облезлый берег Верхнего Услона,
и сгустки облаков, как в детстве манка.

Там, в затрапезных баньках постепенно,
повисших на дымах своих картинно,
любое говорящее полено
сгорит, не превратившись Буратино.

_^_




ЛЕТНЯЯ  ФУГА

Уж вермут близится, а полночи всё нет,
которая ушла за разговором...
Ты навсегда одета в лунный свет:
в твоём саду - Содом и помидоры!

Вокруг неосторожным взглядом брызнь -
чем глубже сон, интрига несуразней,
за это наказаньем будет жизнь -
и нет подлей и медленнее казни!

Решая, кто дотянет до утра
пинцетом муравья таская сахар,
накапай из пипетки комара
в стакан немного Моцарта и Баха!

_^_



© Алексей Остудин, 2010-2022.
© Сетевая Словесность, 2010-2022.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]