[Оглавление]


[...читать полную версию...]


АБСОЛЮТНЫЙ  СВЕТ




* * *

Немного больно голове,
и хорошо, что их не две -
одна. И та, почти чужая:
чижа я приютила в ней,
он смысла здравого нежней
поёт, небес не раздражая.

Как будто в осквернённый храм,
где плачет ветер, пьяный в хлам,
где мерзость запустенья, где
ходили бесы по нужде,
он по ошибке залетел
и задержался между дел.

Он щёлком выжил из ума
всё то, что тщетно я сама
пыталась вымести оттуда.
Смешливой песней окропил
ночь без ступенек и перил.
О, Божья милость и причуда!

Не покидай меня, мой чиж,
мне страшно, если ты молчишь.

_^_




БЛИЗНЕЦЫ

1

В далекой ярославской колыбели
сны выкипели - слёзы закипели
и благодарным паром обдают
германской колыбели неуют.

Агукают гигантские качели,
нас укачали, выкачали: мне ли,
тебе ли золотых сечений кровь
переливая радугой миров.

Умаявшись ли, маятники наши
две колыбели вечные - две чаши -
друг в друга опрокинули на всхлип...
На дно твоей,
смотри, мой снег налип.

Две девочки спелёнутые туго:
Ау-ау...
Уа, моя подруга! -
в зеркальном небе плачут две в одной,
вытягивая рост на позывной.

Как слепости учиться у Гомера,
как в Господа шагнуть без шагомера,
ау-ау - шепнуть - агу-агу!
Спи, детка, спи.
Я рядом.
Я смогу.

2

Спи, детка, спи.
Спи камень, спи лошадка,
спи в клеточку измятая тетрадка,
спи небо спи земля
спи солнце спи...
Еще есть семя -
стремя -
время Пи

3
    "в зеркальном небе плачут две в одной..."

Закрой глаза. Уснём. Не в этот раз, но
в нём трещинка растёт крестообразно,
красно листве во облацех витать.
Не в этот раз, клянусь, но аки тать
уже Жених в полунощи грядёт,
и знаю я, кого он украдёт.

Не бойся быть. Когда живая поросль
пробьётся там, где мы с тобою порознь,
где драгоценных писем листопад
сгорит в дупле до пепла без цитат.
Лишь голым светом лодку-колыбель
наполнит память, севшая на мель.

Уже не суть - потопы или мели,
мы в ней летать над безднами посмели.
..................................................
О них потом. Забудь. Закрой глаза, я
хочу играть. Хоть в зайчиков Мазая!
Слова и сны без умолку мешая,
как чокнутая девочка большая,
во мне звенят все слёзы и ха-ха
пустых лампад в преддверье Жениха.

Ау-ау! Ведь мы себе простили
смешинки наши и смешенье стилей?
Так доиграем в зайчиков. Пиф-паф!
Прости, сестра, что ни Марий, ни Марф
не задержалось в зеркале густом,
лишь трещинка святит его крестом.

Целую крест, сестра, на отраженьи
двух дурочек, и крест в кругу мишени
двух зайчиков, и просто, просто крест.
И знаешь ли, зеркальных пазлов треск
не режет слуха болью беспредельной,
всё покрывает нежность колыбельной.

Спи, детка, спи.
Закрой глаза на всё.
Спасён, кто любит. Любит, кто спасён.

4

Не бойся быть. На белом белом белом
я нас рисую белым белым мелом
и чистым снегом нас в ночи рисую
как на ладони линию - не всуе,
а тихо-тихо. Дымом невесомым
над пустошью.
Как будто бы из комы
я выхожу
за сотню тысяч лет
и вижу, кто мы.
Абсолютный свет

_^_



© Ирина Перунова, 2018-2019.
© Сетевая Словесность, публикация, 2018-2019.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]