[Оглавление]



ЛОДКА




ЛОДКА

Я не трогала воду, страшилась ее движений.
Он размазывал соль по ошпаренной солнцем шее.
И такое затишье, что птицы совсем не пели.
Только ловчие весла со дна поднимали зелень.
Под ногами ходила река тяжело и жадно.
Мы буравили ил, непроглядные пятна, пятна.
Он распахивал руки, и рыбы к ладоням льнули.
Говорил мне: "Плыви, плыви!" И я тонула.
Опускалась на дно, как горячий прибрежный камень.
Занимался закат золотистыми языками.
Широко расползались круги. Проступали остро
Перетлевшие листья, белесые рыбьи кости.
Говорил: "Ничего, ничего, мы начнем сначала."
Я послушно молчала, и лодка меня качала.
Только голос его постепенно сходил на кашель.
Поднималась река и стояла темно и страшно.
Больше нет мне распахнутых рук над моей пучиной.
Но я делаю точно, как он меня научил.
Я тону глубоко, а потом начинаю сначала.
И лодка меня качает.

_^_




В ПОЛДЕНЬ

В полдень у старой вишни - рябая тень.
У детей в волосах - выгорающие полоски.
Талое солнце - в глазах, как в большой воде.
Щеки черны от пыли, а плечи - остры.

Ниже травы, под сухой прошлогодний лист,
Под узловатый корень, под теплый камень
Птицу из рода седых безымянных птиц
Бережно прячут коричневыми руками.

В темную лунку - мертвой спиною вверх.
Под земляное сердце - пустое тело.
Вишня на лица детей пропускает свет,
Тихо дрожит и на головы сыплет белым.

_^_




КОРОВА

В памяти пятнами - розовые цветы.
В мутной воде стакана - пустые стебли.
Бабушка жалилась - лето совсем остыло,
И невесомо садилась на край постели.

В памяти - пятна коровьей тугой спины,
Трепет боков, выступающая хребтина.
В сене корова лесную искала сныть.
В старой закуте пачкалась паутиной.

Были рога у коровы остры, характер - крут.
А по ночам на погоду болели ноги.
Бабушка видела солнце в глазах ее круглых.
Солнце - не солнце, а масляное пятно.

Трубы печные под вечер дышали дымом.
В лунки копыт осыпалась сырая пыль.
Воздух был полон полыни и лебеды.
Тлели за лесом солнечные опилки.

Тронешь траву - и в ладони въедалась медь.
Бабушка край занавески неловко комкала.
Долго ждала корову и не заметила,
Как заболела пылью и сквозняком.

Путала месяцы, слушала голоса.
Замкнутый дом отзывался темно и жутко.
Я ведь совсем не умела ее спасать.
Сяду на край постели и так сижу.

Пятна сливаются в серый, теряют вес.
Бабушка вешает выцветшие занавески.
Лес ей - сегодня и завтра - такой же лес.
Розовые цветы вдоль горячих рельсов.

Иногда по ночам сквозь далекий-далекий лес
Переломанным голосом плачет моя корова.
Костяными ногами отчаянно землю месит.
Помню пятна ее, выступающую хребтину.
И во мне просыпается что-то страшное, нехорошее.
Что-то звериное.

_^_




ЛЕБЕДА

У забора корчилась лебеда.
Жгла ладони горьким и голубым.
На ветру бродячие облака
Разбухали в розовые клубы.

Под болотным солнцем цвела межа.
Дождевые стебли - сквозь старый сор.
Что ни день - куриная слепота,
Подорожник, ржавчина и песок.

В теплой луже - пыльные воробьи.
От травы - царапины поперек.
Натирало пальцы до волдырей
На двоих - колодезное ведро.

Пахла прелым медленная вода.
Ледяными бликами - по глазам.
Мы кричали в черную глубину.
Слушали прозрачные голоса,

Как тягуче эхо, зыбуче дно,
Как падучий камень на дне лежит.
А потом - по вышарканным корням,
Тропами - сквозь гулкие гаражи.

К гаражам повадился - старый кот.
У него в глазах - золотой песок.
Помнишь, мышь запутывала следы,
А потом попала под колесо.

А потом - ни шепота, ни души.
Грозовые всполохи, белый шум.
Лишь крыжовник ветками - до земли
Прорастал во вскопанную межу.

У забора корчится лебеда.
Солнце катит чертово колесо.
Я теперь - куриная слепота,
Подорожник, ржавчина и песок.

Не ходи туда,
где сгниет забор,
где обнимет камень
болотный бог,
и вода руки не почует.
Где кота настигнет
дремучий сон,
пискнет мышь,
раздавленная колесом.
Не ходи туда.
Не ходи за мной.
Не смотри на меня
такую.

_^_




СНЕГА НЕТ

Деревья зябко
корчатся во сне,
качая небо
сдержанно и мерно.
Ты, просыпаясь,
произносишь: "Снег..."
Но снега нет,
и осень пахнет смертью.
Цепляется за жёлтое
в листве,
цепляется за красное
в прожилках,
за тощий свет,
стекающий с ветвей
на галочьи
покатые затылки.
Читаешь затвердевший
птичий след,
роняя крошки
с медленных ладоней.
И боли больше нет,
и снега нет,
и неба нет печальней
и бездонней.
Чуть ближе
расстояния руки.
Дотронешься - дождём
стечёт наклонно.
И будут травы
тихие горьки,
дав осени
ржавеющий зелёный,
пшеничный пепел,
солнечную медь.
И будет терпок
забродивший ветер.
Ты, засыпая,
произносишь: "Смерть..."
Но снега нет.
Но снега нет, но смерти...

_^_




ШИПОВНИК

Это твой маленький мир. Здесь твои порядки:
Дерево не обидь, не убей жука.
Розовым вспыхнул шиповник, и что-то сладкое
Медленно зреет в прозрачных его цветках.

Солнце так низко, что листья ржавеют жесткие.
Словно живые, ложатся они у ног.
Мне говорили, здесь много птиц: голубых и желтых.
Я насчитала четырнадцать. Не досчиталась одной.

Десять шагов - и уткнуться в горячее дерево.
Остро - спиною в изломанную кору.
Видишь, земля еще носит меня и держит.
То, что болит по ночам, утихает к утру.

Знаешь, какое во мне поселилось молчание.
В горле не колется, не обжигает щек.
Как тишину одичавшую приручаю.
Сколько тепла между пальцев моих течет.

Это десятое лето. Седьмое облако.
Отяжелело молочно, внутри - пустое.
Дерево, девочка, облако моё, олово...
Старый шиповник сбрасывает листок.

_^_




В ОКНЕ

Сошла листва, оставив долгий дым.
Тревожный запах стынет и густеет.
В окне стоят холодные цветы.
Сплетаются темнеющие стебли.

Мы молча смотрим в солнечный провал.
Не греет свет, мы пачкаемся белым.
Затягивает намертво трава
Обломки искалеченных качелей.

Зола - к золе: и ржавчина, и кость,
И выпревшее дерево, и камень.
Все отживет и выйдет сорняком,
Изогнутыми, жадными ростками.

И больше ничему не прорасти.
Мы напоследок запираем двери.
В окне стоят холодные цветы.
В окне стоят холодные деревья.

_^_




ЛЕТОМ В ЛЕСУ

Летом в лесу поселился Бог.
Был он и добр, и мудр.
Мы не поверили, но потом
Стали ходить к нему.

Чтобы уж точно запомнил Бог,
Кто и о чём просил,
Мы приносили ему поесть.
Каждый - по мере сил.

До темноты стерегли его.
Счет потеряли дням.
Очень хотели, чтоб вышел Бог
И показался нам.

Соорудили некрепкий дом.
Ходим и ходим в лес.
Лето кончается. Бог молчит.
И ничего не ест.

_^_




ДОЛГО-ДОЛГО

Долго-долго длятся тропы.
Травы полнятся водой.
Рвём дремучую крапиву
В ловкий бабушкин подол.

По росе трава - целебней.
Низко стелется туман.
Молчаливо проступают
Огороды и дома.

От сырой крапивы - душно.
И кругом такая тишь,
Что обратно не вернуться
И со следа не сойти.

Ходит бабушка неспешно,
И шаги её - темны.
Всё распутывает стебли,
Ветки, корни, колтуны.

Вдоль заросших огородов,
Сквозь серебряную марь.
Шарит медленное солнце
По оставленным домам.

В заколоченные окна
Пробивается сквозняк.
Долго-долго длятся тропы
И не кончатся никак.

_^_




НИ КОС, НИ ЛЕНТОЧЕК

Мне - ни кос, ни ленточек.
Распустилось, выцвело.
Только тянет, теплится
Глубоко.

По узору - складками.
По углам разложено.
Пахнет пылью, сыростью,
Молоком.

Платье мне - от бабушки,
Ситец - на постельное.
Ни надеть, ни выбросить,
Ни отдать.

И ни кос, ни ленточек.
Нитка краем крошится.
И не быть нам юными
Никогда.

_^_



© Наталия Прилепо, 2022.
© Сетевая Словесность, публикация, 2022.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]