[Оглавление]



Рэй Армантраут: Из новых стихов 2024-2025 года



Ян Пробштейн

Недавно были опубликованы сразу две книги Рэй Армантраут (Rae Armantrout) в переводе на русский язык: книга "Отчасти. Избранные стихи 2001-2015 гг. (Partly, Selected poems 2001-2015, Wesleyan University Press) в переводе Дмитрия Кузьмина (SOYAPRESS, 2024), а новые стихотворения из книги "Поди разберись" (Go Figure, Wesleyan University Press, 2024), в которую вошли также стихи из некоторых более ранних книг, опубликованы издательстве Free Poetry (Чебоксары, 2025) в переводе автора этого предисловия, причем это билингва.

Новые стихи 2025 года из будущей новой книги Армантраут "Безопасные комнаты" (Safe Rooms, 2026), предлагаемые читателям, пока опубликованы только в периодике.



Поэзия Рэй Армантраут (р. 1947), одной из основоположниц языковой поэзии Западного побережья США, отличается короткими сконденсированными строками, полными мудрости, остроумия, основанными на полисемии, каждое из значений слов при этом противоречит другому, как она сама говорила: "Можно держать в уме разнообразные элементы моей поэзии одновременно, но эти элементы могут шипеть и плевать друг на друга". В свое время Армантраут, родившаяся в маленьком городке Вальехо в Калифорнии в семье служащих с весьма ограниченными средствами (отец был военным в звании старшего прапорщика на местной базе ВМФ, воевал в Корее и часто отправлялся на задания, а когда приезжал домой, много пил, а мать работала менеджером в бакалейном магазине). Рэй же с детства читала книги запоем, стремилась вырваться из этого круга, поступив сначала университет Сан-Диего (специализируясь в антропологии), но потом перевелась в Беркли, в то время мекку либералов, интеллектуалов, поэтов и писателей, где училась у Денизы Левертов поэтическому мастерству. Там же, в Беркли, Армантраут подружилась с Лин Хеджинян и Роном Силлиманом – эта дружба связала единомышленников, которые образовали ядро Языковой поэзии западного побережья, хотя, как она заметила в интервью Брайану Риду, название "Языковая поэзия" появилось гораздо позже 1 . В Беркли была опубликована первая книга Рэй Армантраут "Крайности" (Extremities, 1978). Она говорила в интервью Брайану Риду, что Силлиман в то время был поглощен чтением Чарльза Олсона и настоятельно ей рекомендовал читать этого поэта, a так как она убедилась во вкусе Силлимана и его глубоком понимании поэзии, включая ее собственные стихи, она последовала его совету 2 .

Помимо Левертов, на манеру Армантраут повлияли У. К. Уильямс, девиз которого был, как известно, "не идеи, но вещи", начисто отказываясь от рефлексирования. Повлиял Уильямс и на саму Левертов, с которым та состояла в переписке с 1951 до самой смерти поэта в 1962 г. и писала в свое время об этом: "Интерес Уильямса в обыденном, в настоящем, в местной истории как микрокосмосе, в жизни и речи обычных людей и его несентиментальное сострадание, которое высвечивало чудесное в том, что казалось банальным, так глубоко повлияло на "мое ощущение жизни, того, чтобы чувствовать себя живой"" 3 . В манере Армантраут можно проследить также и некоторое влияние Роберта Крили – у нее так же сконденсирована строка, однако, не отказываясь от силлогизмов, она больше занята парадоксами, загадками и двойными смыслами, избегая однозначности во что бы то ни стало. Однако через всю жизнь Армантраут пронесла любовь к поэзии Эмили Дикинсон. Она вспоминала, что в 7 классе учительница английского (фамилию которой– миссис Хэнкок, она до сих пор помнит!) дала ей антологию современной американской поэзии под редакцией Луиса Унтермейера, что было для того времени удивительно и необычно. Она читала стихи Паунда и Элиота, Уоллеса Стивенса и У. К. Уильямса, Элизабет Бишоп и Денизы Левертов, но больше всего ее поразили стихи Дикинсон – по сконденсированной энергии, обращению со словом, но также иконоборческими мотивами – она сама в то время бунтовала против евангелической религии своих родителей. "Впоследствии как поэт я была потрясена оригинальностью ее мышления, – говорила Армантраут, – неожиданными сочетаниями, как "приятель узкий мой в траве" ("A narrow fellow in the grass", 1096 Франклин / 986 Джонсон) или мне интересно было следить за поэтической мыслью Дикинсон, как в стихотворении "Гораздо шире Неба Мозг" 4  ("The Brain is wider than the Sky", 598 Франклин / 632 Джонсон– прим. перев.).

Стихи Рэй Армантраут сконцентрированы до предела, основаны на языковой игре, полисемии, при этом лексика вбирает в себя словарную игру (этимологию и определения из Оксфордского словаря) и круг чтения – от детских книжек, читанных в детстве либо читанных внучкам уже в наши дни, до научных терминов – от физики элементарных частиц, оптики, астрономии, биологии, ботаники, когнитивистики до искусственного интеллекта и компьютерных технологий. Ее всерьез заботит охрана окружающей среды, в Калифорнии она наблюдала, как выгорают леса. Если раньше леса восстанавливались, то сейчас температура в среднем повысилась на 2°C, и теперь регенерация значительно замедлилась, если не нарушилась вообще. При этом Армантраут соединяет и деконструирует традиционные представления о памяти, материнстве, психологии, науке, массовой культуре, даже о сказках. Обыденность становится необычной, а нереальность – реальностью. Люди становятся персонажами сказок, а игрушки и персонажи сказок оживают (как например, в стихотворении "Сюжет"). Как писала критик Стефани Берт, "Уильям Карлос Уильямс и Эмили Дикинсон научили Рэй Армантраут, как демонтировать и пересоздать заново строку и строфу в лирической поэзии – как вывернуть строфу наизнанку и задом наперед, как включить серьезные большие проблемы и трагические предчувствия (без пафоса, добавлю от себя) в словосочетания, как можно продуктивно сталкивать небольшие словосочетания и фразы. Думается, что и уроки Гертруды Стайн были основательно усвоены Рэй Армантраут, Благодаря таким приемам, Армантраут стала одним из самых узнаваемых и лучших поэтов своего поколения". Рэй Армантраут – лауреат Пулитцеровской премии, премии литературных критиков США и других премий и наград.

Ее более ранние стихи в переводах Екатерины Захаркив были включены в "Антологию новейшей американской поэзии от "Черной Горы" до "Языкового письма"" (сост. В. Фещенко и Я. Пробштейн). Стихи Армантраут были также опубликованы в электронных журналах Poetica 5 , "Тонкая Среда" 6 , "Флаги" 7  и "Артикуляция" 8 .

Ян Пробштейн



Rae Armantrout’s New Poems

Hell (Ад)
The Blue Car (Синий автомобиль)
Materials (Материалы)
IT (Оно)
How to be (Как быть)
Safe (Безопасность)


Hell

In the first place
the idea was
to gauge
how far or near
certain hotspots
on my closed eyelids
were from one another
and from me –
to put them in perspective.
Some part of me
is still dealing with this,
but now ‘Edgy
and Cerebral’
have been added
to my favorites
along with ‘Hilarious
and Heartbreaking’.
The new job
is to hitch
‘opposites’
to a central pivot.
Everyone
is going to hell around here.

Vol. 46 No. 14 · 18 July 2024

Ад

Сначала
была идея

измерить,
как далеко или близко

были некоторые блики
от моих закрытых век,

друг от друга
и от меня –

поместить их в перспективе.

Какая-то часть меня
до сих пор занята этим,

но теперь ‘Крайний
и Умозрительный’

добавились
к моим любимцам.

вместе с ‘Уморительный
и Душераздирающий’

Новое занятье
прикрепить

"противоположности"
к центральной оси.

Все
отправятся отсюда в Ад.

The Blue Car

Rain began to speckle the pavement
That is known as an establishing shot.
*
We claim things happen
in the past
to prove we have survived them.
The idea is that the past is sealed
and cannot be tampered with –
like an idea
or a locket.
*
We count to one
on a locket
while a blue car passes
headed west.
*
The constant rain stopped
and the clouds lifted
for a moment.
Time, intention, a needle
struggled gamely
between crests and troughs.
Creosote had spaced itself
across the desert floor.

Синий автомобиль

Дождь начал кропить мостовую
Это известно как установочный план.

*
Мы утверждаем, что события произошли
в прошлом
как доказательство того, что мы их пережили.

Идея в том, что прошлое запечатано
и его нельзя вскрыть –

как идею
или медальон.

*
Мы полагаемся на тo,
что есть в медальоне,

пока голубой автомобиль
проезжает, направляясь на запад.

*
Непрерывный дождь перестал
и тучи развеялись
на мгновенье.

Время, намерение –иголка
сражалась храбро
между взлетами и паденьями

Креозот покрыл
ровным слоем пустыню.

Materials

A tree is writing
stick music
in equivalent phrases
of various lengths,
each ending
in a nib,
a sense
of satisfaction
skillfully produced
almost without
thinking.
*
What you call
souls, we call habits
                    of mind.
Souls are said
to be immaterial
as are habits, which
though involving objects,
are not
to be confused with them.
The orchid leans in
making faces.
London Review of Books

Vol. 46 No. 2 · 25 January 2024

Материалы

Дерево пишет
палочковую музыку
соответствующими фразами
разной длины,
каждая заканчивается
острием,

чувством
удовлетворения,
умело произведенном,
почти не
думая.

*
то, что вы называете
душами, мы называем привычками
                                                      ума.

души, говорят
нематериальны,

так же, как и привычки, которые
хотя и связаны с объектами,

не следует
с ними смешивать.

орхидея склонна
гримасничать.

IT (from the book Fo figure)

The sky grayed and it was possible to name objects.

They didn’t yet call out to me. This happened only when the sun touched their skins.

Then they would do tricks.

Perhaps a silver
bracelet of raindrops
suspended from a bone
thin twig,

almost a crib mobile.

But now I’ve called it several things.

Оно (из книги "Поди разберись")

Небо посерело и стало возможным назвать предметы.

Они еще не вызвали меня. Это случилось только когда солнце коснулось их кожи.

Потом они начинали показывать фокусы.

Может, серебряный
браслет капелек,
подвешенный на

ветке, тонкой
как косточка.,

почти подвижная колыбель.

Но теперь я называю так несколько вещей.

How to be

I don’t like it
when you’re faux-butch

or when you’re faux-femme, but
really since

I won’t know real
until I see it

and maybe not even then,
it’s true that you can’t win.

Let me think.

Perhaps the real
is merely the consistent-

though there’s nothing more
consistent than plastic.

Perhaps the "faux"
is a self-conscious

tic.

*
"Don’t be a child!"
I want to say,

though I am very fond of children.

Как быть

мне не нравится,
когда вы искусственно-мужеподобны

или искусственно-женственны, но

но реально, ибо

я не знаю, что реально,
пока не увижу

и даже тогда мы еще не поверим,
верно, что выиграть невозможно.

Дайте подумать.

Возможно реальность
просто устойчивость,

хотя нет ничего более устойчивого
чем пластмасса.

может быть, искусственность
это самосознания

тик
*
не будьте детьми,

я хочу сказать,

хотя я очень люблю детей.

Safe

1

All the old stories say Don’t
because we always do.

That’s how we got here
and everywhere.

We just kept going,
cleared things up
and out,

built markers,
built a doppelganger

like the stories said
we’d better not

asked if it
wanted to destroy.


2

Four-petal God,
honey-gold,

bursting from the core
again and again,

getting larger
as if getting closer,

is it safe
to come in?

Безопасность

1
Во всех старых историях говорится: Нельзя,
потому что мы всегда делаем наперекор.

Вот как мы попали сюда
и в любое другое место.

Мы просто продолжаем идти,
расчистили все от
и до,

воздвигли маркеры
воздвигли двойника,

как повествуется в историях,
нам бы лучше не

спрашивать,
хочет ли он все разрушить.


2
Четырёхлепестковый Бог,
медово-золотой

прорывается из ядра,
снова и снова,

разрастается,
словно приближается,

безопасно ли
войти?



© Rae Armantrout, 2025.
© Ян Пробштейн, перевод, 2025.
© Сетевая Словесность, публикация, 2025.

Книга отзывов
Версия для широкого дисплея
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]