[Оглавление]




КОМПОЗИТОР-АВАНГАРДИСТ АРТУР ЛУРЬЕ

Иллюстрации Беллы Верниковой


...композитор Артур Сергеевич Лурье, с которым Ахматова одно время была чрезвычайно близка. Он высоко оценивал ее поэзию и посвятил ей несколько строк в своей статье "Голос Поэта (Пушкин)", написанной в феврале 1922 года и снабженной эпиграфом из Мандельштама: "Останься пеной, Афродита, и слово в музыку вернись" ... Артур Лурье был весьма яркой фигурой в художественной жизни Петербурга 1910-х годов. Облик его запечатлен в портретах работы Ю.Анненкова, Л.Бруни, П.Митурича, С.Сорина.

>Роман Тименчик. Музыка и музыканты на жизненном пути
Ахматовой (заметки к теме)



В 1914 г. в Петербурге вышел манифест русских футуристов, синтетически объединивший модернистские поиски в литературе, живописи и музыке - "Мы и Запад", авторы которого претендовали на создание эстетики, опережающей новое искусство, в отличие от итальянского футуризма и других проявлений западного модернизма, где "новая эстетика следует за новым искусством, а не наоборот". Одним из авторов манифеста "Мы и Запад" был композитор-авангардист Артур Лурье (1892-1966), с раннего детства живший в Одессе и окончивший Одесское коммерческое училище, с дипломом которого он поступил в Петербургскую консерваторию.

В Одессе начала 20 века было два коммерческих училища, сегодня известных тем, что в одном из них - им. Николая I - учился будущий писатель Исаак Бабель (см. статью "Коммерческое образование" в Википедии), а в другом - Коммерческое училище І разряда господина Файга - будущий певец и актер Леонид Утесов (см. его книгу "С песней по жизни"), там же "в 1898-99 годах обучал детей географии отец Валентина Катаева - П.В.Катаев" (Виктор Корченов. Коммерческое училище Файга). По свидетельству зам. директора Одесского литературного музея литературоведа Алены Яворской в списке выпускников Одесского коммерческого училища им. Николая I за 1909 г. значится Лурье Наум, студент С.-Петербургской консерватории.

Артур Винсент Лурье (имя при рождении Наум Израилевич Лурья) родился в местечке Пропойск в еврейской семье инженера Израиля Лурьи, вскоре переехавшей в Одессу, где семья жила по адресу: ул. Польская, дом 11.

Мать Анна Яковлевна рано приобщила сына к музыке, и вслед за матерью в 1912 г. Артур принял католичество. Синтетичным, в духе манифеста "Мы и Запад", был и разноименный псевдоним Артура Сергеевича Лурье, о чем пишет другой автор этого манифеста, родившийся в Одессе в 1886 г. (1887 г. по новому стилю) поэт и переводчик Бенедикт Лившиц в мемуарах "Полутораглазый стрелец", впервые опубликованных в 1933 г.: "присоединяя к экзотическому Артуру Винсенту (Артуру - в честь Шопенгауэра, Винсенту - в честь Ван Гога) Перси Биши (в честь Шелли) и Хосе-Мария (в честь Эредия, знаменитого кубинского поэта)".

Бенедикт Лившиц вспоминает в мемуарах, что композитор Артур Лурье был привлечен футуристами, чтобы заполнить "место, бывшее до него пустым" в противостоянии итальянскому футуризму, провозглашенному Филиппо Томмазо Маринетти:

"Едва ли не на лекции Шкловского неутомимый Кульбин свел меня с Артуром Лурье, окончившим в том году Петербургскую консерваторию ... Принципы "свободной" музыки (не ограниченной тонами и полутонами, а пользующейся четвертями, осьмыми и еще меньшими долями тонов), провозглашенные Кульбиным еще в 1910 году, в творчестве Лурье получали реальное воплощение. Эта новая музыка требовала как изменений в нотной системе, ... так и изготовления нового типа рояля - с двумя этажами струн и с двойной (трехцветной, что ли) клавиатурой. ... Став футуристом из снобизма, Лурье из дендизма не называл себя им. Но он заполнял в рядах будетлян место, бывшее до него пустым, и в нашем противостоянии развернутой фаланге Маринетти именно он, а не тишайший Матюшин, мог - хотя бы только декларативно - "перекрывать" Балилла Прателлу. Впрочем, это не мешало ему писать романсы на слова Верлена и Ахматовой".

В знаменитом петербургском литературно-артистическом кабаре "Бродячая собака", находившемся на углу Итальянской ул. и Михайловской пл., где с 1912 по 1915 год Артур Лурье, как сказано в его открытой в сети биографии, "фактически исполнял обязанности музыкального руководителя. В круг его общения входили Велимир Хлебников, Владимир Маяковский, братья Давид, Владимир и Николай Бурлюки, Алексей Кручёных, Пётр Митурич (автор портрета композитора) и др. В те же годы он завязал знакомства с Владимиром Татлиным, Георгием Якуловым, Бенедиктом Лившицем, Леонидом Андреевым, встречался с Рихардом Штраусом и Томмазо Маринетти".

Там же Артур Лурье в 1913 г. знакомится с Анной Ахматовой. Как пишет американский биограф композитора Ирина Грэм, их бурный роман продолжался год (письма И.Грэм приведенны в книге Михаила Кралина "Артур и Анна. Роман без героя, но все-таки о любви" (Томск: Водолей, 2000).

В 1914 г. Лурье сочинил вокальный цикл "Четки" на стихи Ахматовой. В 1919 г. отношения возобновились. Вышла книга с нотами Артура Лурье к стихам Анны Ахматовой в обложке работы Петра Митурича: "Четки". Десять песен из Анны Ахматовой (Первая тетрадь) / обл. худ. Митурич. (М., Пг., 1919). Артур Лурье обращается к творчеству Ахматовой не только в музыке, но и в эссеистике, что отметил Роман Тименчик в приведенном эпиграфе к данной статье.

Анна Ахматова помнит об Артуре Лурье в "Поэме без героя" и посвятила ему несколько стихотворений - одно из них, по свидетельству Олеси Бобрик, напечатано в берлинском издании 1923 г. с посвящением А.Л.:

Упоминание о характере отношений Ахматовой и Лурье в послереволюционные годы содержится в мемуарах Н.Н.Пунина, о чем напомнил Николай Крыщук в статье, опубликованной в журнале "Звезда" (№ 4, 2002):

"Серьезность отношения Анны Ахматовой к Николаю Пунину вне сомнений. Но понятно и то, почему он все время говорит о ее не-любви. Он был только героем, она еще и режиссером этой истории. ... А потому он мог, например, застать ее "томящейся от обид Артура - получила новые доказательства его измен". Тут бы самое время вступить и его гордости. Но она во всем опережала его по крайней мере на шаг - сама заговорила о разлуке. На его вопрос, почему хочет расстаться, ответила стихами Мандельштама: "Эта (показала на себя) ночь непоправима, а у Вас (показала на него) еще светло".

В размещенной на ахматовском сайте статье Н.Г.Гончаровой "...Я пишу для Артура либретто..." автор статьи характеризует Артура Лурье как воплощение "одной из граней образа Утраченного Возлюбленного в ее поэтике" и приводит свидетельство Корнея Чуковского о написанном Анной Ахматовой в 1921 г. по заказу Артура Лурье балетном либретто на стихи Александра Блока, что нашло отклик в интермеццо "Решка" 2-й части "Поэмы без героя":

"Одним из ключей к этой "шкатулке с секретом" являются известные строки из "Решки":

Этот ключ - зашифрованное в одних и названное в других вариантах текста имя Артура Сергеевича Лурье, композитора, друга молодости Ахматовой, эмигрировавшего в 1922 году и воплотившего одну из граней образа Утраченного Возлюбленного в ее поэтике. Именно по заказу Лурье Ахматова написала в 1921 году свое первое балетное либретто на стихи "Снежной маски" А.Блока, о чем свидетельствует в дневниковой записи от 24 декабря того же года К.И.Чуковский, приводящий слова Ахматовой: "Этот балет я пишу для Артура Сергеевича. Он попросил. Может быть, Дягилев поставит в Париже".

В статье Ларисы Казанской о пушкинском очерке Артура Лурье, упомянутом в эпиграфе, обозначены авангардные достижения в его музыке, созданной в предреволюционные годы: "Лурье перевел на язык музыки многие эксперименты своих друзей художников. В атональных сочинениях (Первом струнном квартете, фортепианных циклах "Синтезы", "Дневной узор", "Формы в воздухе. Звукопись П.Пикассо" ... музыка свободно расположена на нотном пространстве подобно геометрическим фигурам кубистов - он предвосхитил позднейшие искания А.Шенберга, Д.Кейджа и Д.Крамба в области свободного обращения со звуковым пространством и временем. В своей теории "Театр действительности" Лурье предугадал рождение конкретной, электронной музыки".

Статьи и эссе Артура Лурье собраны в его книге, изданной на французском языке в Париже: "Profanation et sanctification du temps: Journal musical. Paris: Desclee De Bower, 1966 (Профанация и освящение времени: музыкальный журнал). В 1931 г. вышла в Нью-Йорке на английском языке книга Артура Лурье о Сергее Кусевицком: "Sergei Koussevitzky and His Epoch. A Biographical Chronicle". New York, Alfred A. Knopf, 1931. Эссе Артура Лурье "Музыка Стравинского" опубликовано в парижском журнале русской эмиграции "Версты" в 1926 г. (Вып. №1).

Очерки и эссе Артура Лурье, написанные по-русски, представлены в открытом в сети московском сборнике начала 1990-х гг. "Воспоминания о серебряном веке / Составитель, автор предисл. и коммент. В.Крейд, художник И.Иванова, рецензент Евг. Витковский (М.: Республика, 1993).

Здесь напечатаны два текста А.Лурье: "Осип Мандельштам" - фрагмент очерка "Чешуя в неводе", опубликованного в альманахе "Воздушные пути" (Нью-Йорк, № 2, 1961) и эссе "Детский рай", содержащее воспоминания о Мандельштаме и Хлебникове, из альманаха "Воздушные пути" (Нью-Йорк, № 3, 1963), представленное на хлебниковском сайте со ссылкой на сборник "Воспоминания о серебряном веке". Эссе Артура Лурье воссоздают культурный контекст петербургского Серебряного века, приведу два фрагмента из указанного сборника, характеризующие музыкальность Осипа Мандельштама и отношение современников к Велимиру Хлебникову:

"Мне часто казалось, что для поэтов, даже самых подлинных, контакт со звучащей, а не воображаемой музыкой не является необходимостью и их упоминания о музыке носят скорее отвлеченный, метафизический характер. Но Мандельштам представлял исключение; живая музыка была для него необходимостью. Стихия музыки питала его поэтическое сознание".

"Хлебников был для нас моральным авторитетом, нашим духовным старцем от искусства. У него не было и не могло быть никакой позы; быть для Хлебникова "председателем земного шара" совсем не означало дурачества или эпатирования.

Он понимал свое председательство совершенно серьезно, как и все, что он говорил и делал....Но поведение Хлебникова было мало понятно в артистическом кругу Петербурга, и многие злились, считали, что оно - дурачество, чепуха. Престиж эстетики утонченного мастерства, понимаемого в европейском смысле, был еще слишком велик в то время, чтобы можно было оценить подлинную сущность Хлебникова.

Между тем М.А.Кузмин, бывший одним из наиболее утонченных эстетов той эпохи, умный, тонкий и иронический, никогда над Хлебниковым не смеялся. И конечно, никакого влияния на Хлебникова Кузмин не имел; напротив, Хлебников совершенно неожиданно оказал влияние на Кузмина, который, раскрыв гностический смысл Хлебникова в последний период своей творческой жизни, нашел у него источник вдохновения для себя".

С воспоминаниями Артура Лурье о Петербурге 1910-х гг. связаны представленные в Интернете известные портреты композитора работы художников Петра Митурича и Льва Бруни 1915 г., хранящиеся в Петербургском Государственном Русском музее, и картина Сергея Судейкина 1916 г. из частной коллекции "Моя жизнь - приют комедиантов", на которой в числе других изображены Ольга Глебова-Судейкина, Михаил Кузмин и Артур Лурье - в профиль, в полумаске и с арфой.

В сборнике "Воспоминания о серебряном веке" в примечаниях приведен фрагмент эссе Артура Лурье памяти его возлюбленной Ольги Судейкиной (эссе напечатано в нью-йоркском альманахе "Воздушные пути", № 5, 1967), где упомянута ахматовская "Поэма без героя":

"Ольга Афанасьевна Глебова-Судейкина, волшебная фея Петербурга, вошла в мою жизнь за год до первой мировой войны.

К ней меня привел Николай Иванович Кульбин... Она жила только искусством, создав из него культ... Страсть к театру масок сбила Ольгу Афанасьевну с нормального пути. Ей, актрисе Александринского театра, ученице Варламова, покровительствовал всесильный тогда Суворин. Восхищенный талантом Ольги Афанасьевны, Суворин звал ее в свой театр, но под влиянием Судейкина она ушла в модернизм, к Мейерхольду, и пожертвовала громадной карьерой, которая перед ней открывалась так легко и свободно. На сцене тогда царили пьесы Беляева, и Ольга Афанасьевна играла весь его репертуар - "Псишу", "Даму из Торжка", "Путаницу"; о созданном ею образе Ахматова говорит в посвящении своей "Поэмы без героя" ("Ты ли, Путаница Психея" и т.д.)... Ольга Афанасьевна была одной из самых талантливых натур, когда-либо встреченных мною".

Знакомство Артура Лурье с ахматовской поэмой объясняется тем, что в нью-йоркском альманахе "Воздушные пути" в 1960 г. впервые была напечатана написанная Анной Ахматовой в 1940-е годы "Поэма без героя", где ярко представлена Ольга Судейкина:

Еще один отголосок "Поэмы без героя" (см. у Ахматовой):

находим в письме из Нью-Йорка Артура Лурье Анне Ахматовой от 25 марта 1963 г., приведенном на ахматовском сайте:

"Моя дорогая Аннушка ... что я могу тебе сказать? Моя "слава" тоже 20 лет лежит в канаве, т.е. с тех пор, как я приехал в эту страну".

Отсылки к музыке Артура Лурье в "Поэме без героя" рассматривает Борис Кац в совместном с Романом Тименчиком сборнике "Анна Ахматова и музыка (исследовательские очерки)", размещенном на ахматовском сайте и содержащем дополнительные сведения о творческом сотрудничестве поэта и композитора:

"Стоит, впрочем, вспомнить, что в списке сочинений А.Лурье значится созданная в 1921 году "Chant funebre sur la mort d'une poete" ("Траурная песнь на смерть поэта") для хора и духовых инструментов на слова Ахматовой. Музыка и использованные в ней стихи нам неизвестны, но кажется естественным связать возникновение этого опуса с преждевременной кончиной А.А.Блока или с трагической гибелью Н.С.Гумилева в августе 1921 года....можно предположить, что заключительные слова посвящения - "Marche funebre... Шопен..." - содержат скрытый намек на "Chant funebre" Лурье и на обстоятельства ее появления".

Как пишет Анатолий Либерман в рецезии на сборник "Русские евреи в Америке" (Книга 7. Ред.-составитель Эрнст Зальцберг. Торонто - СПб.: Гиперион, 2013) в 40-м номере выходящего в Германии журнала "Литературный европеец":

"Не будь композитор и первоклассный пианист Артур Лурье в молодые годы возлюбленным Анны Ахматовой, провалился бы в небытие и он, хотя сейчас его музыку пропагандирует Гидон Кремер (Феликс Розинер. "Пионер музыкального авангарда: судьба Артура Лурье"). Роман М.Кралина "Артур и Анна" (Томск, 2000) жадно читался всеми, кого интересует подобное сплетение судеб. ... В 1922 году Лурье уехал в Европу и не вернулся; потом были Париж и бегство от немцев. С 1941 года начался американский период его жизни. Как считают специалисты, главное сочинение Лурье - опера "Арап Петра Великого".

Краткую биографическую канву жизни Артура Лурье из отзыва Анатолия Либермана дополняет фрагмент моего эссе "О Бенедикте Лившице, Давиде Бурлюке и Артуре Лурье", опубликованного в журнале "Литературный Иерусалим" (№20, 2019):

"После революции с 1918 по 1921 гг. А.Лурье руководил музыкальным отделом Наркомпроса. Но уже в докладе, прочитанном в ноябре 1921 г. в Вольной философской ассоциации, он сетовал на "все более сгущающийся сумрак русской действительности". В августе 1922 г. Артур Лурье уехал в командировку в Берлин, откуда в Россию не вернулся. В 1924 г. перебрался в Париж, где получил работу музыкального аранжировщика, стал секретарем Игоря Стравинского и продолжал писать музыку. В 1941 г. после оккупации Парижа нацистами Лурье с женой при содействии С.А.Кусевицкого, руководителя Бостонского симфонического оркестра, получил разрешение на въезд в Соединенные Штаты. В США Лурье прожил 25 лет и сочинил около тридцати произведений, в том числе оперу "Арап Петра Великого" по прозе Пушкина, что не принесло ему славы.

Только в 1991 году выдающийся скрипач Гидон Кремер открыл для себя музыку Артура Лурье и сумел привлечь внимание публики к столетнему юбилею композитора, как пишет Юрий Шоткин в американском еженедельнике "Форум" (февраль, 2013): в США был снят документальный фильм о Лурье "В поисках утраченного Орфея"; в Кёльне состоялась премьера оперы "Арап Петра Великого" в концертном исполнении; Гидон Кремер выпустил компакт-диск, где наряду с произведениями Стравинского и Шнитке записаны 11 эпизодов этой оперы. В 2011 г. в России снят фильм "Анна Ахматова и Артур Лурье. Слово и музыка", размещенный в Интернете".

В последние десятилетия музыка Артура Лурье исполняется в разных странах и привлекает внимание исследователей. В статье "В поисках потерянного Орфея: композитор Артур Лурье" Ольга Рубинчик рассказывает о событиях в музыкальном мире, возвращающих слушателям музыку Артура Лурье, и приводит слова Гидона Кремера:

"В 1992 г. в Петербурге и Кёльне по инициативе знаменитого скрипача Гидона Кремера состоялись два фестиваля, воскрешающие музыку композитора "серебряного века" Артура Сергеевича Лурье ... "В поисках потерянного Орфея" - так назван документальный фильм о нем, снятый американским режиссером Элин Флипс, в котором показан и сам процесс воскрешения: Гидон Кремер разыскивает по музыкальным библиотекам ноты Лурье, исполняет его музыку, беседует с людьми, знавшими Артура Сергеевича. "Для меня было большим открытием натолкнуться на творчество совершенно забытого русского композитора Артура Лурье. Я хочу встать на защиту этого гениального человека..." - сказал Гидон Кремер в интервью газете "Русская жизнь".

Кэрил Эмерсон в статье "Арап Петра Великого" Артура Лурье: Экзотический предок Пушкина в опере XX века" (русская версия статьи в 2003 г. открыта на сайте "Рутения") подробно излагает историю создания и содержание оперы (либретто Ирины Грэм) и характеризует особенности музыки А.С.Лурье в движении от раннего творчества к его высшему достижению - опере на пушкинский сюжет:

"Музыка самого Лурье являет собой причудливую смесь воздействий самых разных художественных эпох и стилей. Его раннее творчество несет в себе следы влияния Дебюсси, Скрябина и, в течение короткого времени, композитора-футуриста Николая Кульбина, обращавшегося к четвертитоновой системе и реконструированному роялю. В межвоенном Париже Лурье сблизился с философом-неотомистом Жаком Маритеном. Музыкальные жанры католической литургии - мессы и мотеты - оставили заметный отпечаток в творчестве Лурье, но были при этом осложнены чертами русских церковных песнопений. По словам критика, "Лурье, по существу, экспериментировал всю свою музыкальную жизнь, и при этом всегда шел против течения" (Мы цитируем статью К.Ботсфорда: A Note on the Music of Arthur Lourie // Bostonia. Fall 1992. №8.). При этом творческая эволюция Лурье совершенно нетипична для европейских композиторов двадцатого века. В отличие от Шенберга и Берга, которые начинали как последователи Малера в вагнеровской традиции и затем сформулировали теоретическую доктрину, обосновывавшую их отход от эксцессов позднего романтизма, Лурье начал как вдумчивый теоретик-радикал, а затем, пройдя через неоклассицизм в духе Стравинского, выступил против серийной техники и агитировал за возврат в искусстве к субъективной лирике, к тональности и мелодии (Лурье А. О мелодии // Новый Журнал. №69, 1962). В конце концов он стал писать религиозную музыку в духе Монтеверди, Габриэли и Палестрины. Гигантская опера Арап Петра Великого, самый крупный из его театральных проектов последних лет жизни, сводит в одно целое все многоразличие апробированных им музыкально-драматургических стилей".

В примечаниях к статье Кэрил Эмерсон дополняет свою оценку музыки Артура Лурье и подтверждает его самоощущение, выраженное в письме к Ахматовой: "Моя "слава" ... лежит в канаве", фиксируя существование композитора "вне музыкального истеблишмента":

"О последнем периоде творческой жизни композитора Кит Ботсфорт замечает: "Один из пионеров серийной и четвертитоновой музыки, Лурье оказался равно вне музыкального истеблишмента в лице германско-венской школы и вне исканий фольклористического направления, царившего в американской музыке". Объяснялось это аристократическим презрением к запросам рынка; целиком зависевший в исполнении своих пьес от поддержки Кусевицкого, Лурье очутился в полной изоляции после смерти дирижера в 1951 г."

В 2007 г. в Петербурге издан каталог "Композиторы русского авангарда. (Михаил Матюшин, Артур Лурье, Владимир Щербачев, Гавриил Попов, Александр Мосолов)" - авторы очерков Анастасия Синайская и Игорь Воробьев. В очерке об Артуре Лурье упомянута одесская деталь его музыкальной биографии: живя в Одессе, в 1905 году будущий композитор ездил с матерью в Вену, где сильное впечатление произвела на него опера Рихарда Вагнера "Тангейзер".

Музыковед Олеся Бобрик, исследователь и популяризатор творчества А.Лурье в открытой в сети лекции, сопровождаемой музыкой композитора - "Артур Лурье: диалог с эпохой и вечностью", и в статье "Прощание с Петербургом (из воспоминаний о России Артура Лурье)" называет его русским композитором и музыкальным писателем. Высоко оценивая творческое наследие композитора, Олеся Бобрик подтверждает, что в наше время музыка Артура Лурье нашла своего слушателя:

"Лурье-литератор был ценим Стравинским, Кусевицким и получал от них заказы на статьи и книги. Однако Лурье-композитор (он ощущал себя композитором, вписывая именно это слово в графу "профессия" в паспортах и прочих документах) не был оценен при жизни по достоинству. Его музыку - две симфонии, оперу-балет "Пир во время чумы" и оперу "Арап Петра Великого", несколько значительных хоровых сочинений на духовные латинские тексты, Concerto da camera для скрипки и струнного оркестра, камерные вокальные и инструментальные произведения - исполняли редко, а к концу жизни вообще почти не исполняли. ... Особая утонченная красота музыки Лурье стала осознаваться лишь в последнее время, в том числе благодаря усилиям Гидона Кремера".




© Белла Верникова, текст, иллюстрации, 2020.
© Сетевая Словесность, публикация, 2020.
Орфография и пунктуация авторские.




(WWW) полная версия материала
[В начало сайта]
[Поэзия] [Рассказы] [Повести и романы] [Пьесы] [Очерки и эссе] [Критика] [Переводы] [Теория сетературы] [Лит. хроники] [Рецензии]
[О pda-версии "Словесности"]