Словесность 


Текущая рецензия

О колонке
Обсуждение
Все рецензии


Вся ответственность за прочитанное лежит на самих Читателях!


Наша кнопка:
Колонка Читателя
HTML-код


   
Новые публикации
"Сетевой Словесности":
   
Галия. Мышиный горошек. Стихи
Анна Долгарева. Утопия (оммаж компьютерной игре "Мор.Утопия"). Стихи
Михаил Зиновкин. Привкус железа. Стихи
Светлана Пешкова. Тринадцать писем. Стихи
Александр Немировский (1963-1986). Мы пришли, вы нас звали. Стихи
Айдар Сахибзадинов. Обгон и Казанские вруны. Два рассказа
Владимир Алейников. В семидесятых. Эссе
Литературные хроники: Наталья Стеркина, Поцелованный ветром. Вечер памяти Александра Сопровского в литературном клубе "Стихотворный бегемот"


ПРОЕКТЫ
"Сетевой Словесности"

Книжная полка

[24 января]  
Андрей Бычков. Олимп иллюзий, роман - СПб, "Алетейя", 2018.
Андрей Бычков - авангардист, один из самых ярких и необычных современных русских писателей, автор нескольких книг в России и за рубежом, сценарист культового фильма "Нанкинский пейзаж". Лауреат премии "Нонконформизм", финалист премии Андрея Белого. Книга "Олимп иллюзий" - патафизический роман. Его отличительные особенности - непримиримый ницшеанский задор, раблезианский бурлеск и дерзость Артюра Рембо. Если коротко, то это история о герое и о его поисках другого героя. Лишь идеальная возлюбленная способна их примирить. Лишь смерть передает эстафету. Эта книга настаивает на вечных истинах: непокорность и бунт - движущая сила вещей.






КОЛОНКА ЧИТАТЕЛЯ
ЧИТАЕМ:  Сергей Сутулов-Катеринич. Стихи



Людмила Некрасовская

Ожог судьбы

Со стихами Сергея Сутулова-Катеринича познакомилась недавно. Сразу для себя отметила сильную энергетику строк и какую-то необычную душевную распахнутость, отсутствие позы, желания покрасоваться, но и разговор на равных с умным и грамотным читателем. Своей искренностью покорили строки:

    В жилах столько кровей -
        ставлю в паспорте прочерк.
    Из фамилий коктейль.
        Но упёрта родня.
    В жизни столько смертей -
        полусерб, полудойче...
    "Ты - русак! Это - факт", -
        убеждают меня.

Они показались мне ключевыми в поэзии Сергея. И вот его книга "Русский рефрен". Рефрен - как повторение, возвращение. Русский рефрен - как основной стержень, как идентификация себя, страны, многократно повторяемая, не дающая сойти с выбранного пути.

    Страшит святая простота
        лица смоленского.
    Страна иконы и кнута.
        Страна Кипренского.

Как жестко и нежно одновременно. Только сильному человеку дано видеть недостатки, но любить. Но столь же бескомпромиссно о себе:

    Ловец сиреневых ворон!..
    Меня побьют, впадая в ярость,
    За моветон и фамильярность
    Деды Брокгауз и Ефрон.

Или:

    Я врагов сосчитал поимённо -
        хватает на целую роту...
    На могилах друзей
        неизбежен паскудный запой...
    Подлеца назову подлецом -
        навсегда потеряю работу:
    Восклицательный знак
        обернётся пустой запятой.

Противоречивые качества на первый взгляд, но лирический герой Сергея тем и притягателен:

    В пророки не рвался, монахом не стал,
    С царями лукавил...
    Три книжки стихов - невелик пьедестал:
    Ни Каин, ни Авель.

Хотя насыщенность разными, зачастую несовместимыми элементами присуща стихам Сергея, о чем бы он ни писал.

    ...Звенел мезон.
    Картавил кварк.
    Жёг фармазон
    колоду карт.
    И дама пик
    глотала дым:
    - Учти, старик,
    пал Третий Рим...
    Финтил нуклон.
    Горел ковыль.
    Мой саксофон
    скулил и выл,
    Визжал и ржал,
    пронзая ночь,
    Сны парижан
    сдувая прочь.

Он мастерски совмещает лубок с изысканностью классической школы, подарив читателю удивительное чувство свободы и раскованности в пространстве и времени, радуя его невероятным по красоте фейерверком образов:

    Нас Гомер обыграл в поддавки -
    На осколки распались эпохи...
    И сонату в четыре руки
    Исполняют в ночах скоморохи.

    На Гражданской тебя разыскал -
    Затерялась в жеманной Гаване,
    Королева разбитых зеркал,
    Амазонка запретных желаний.

И тем пронзительнее среди этого многоцветья:

    Эх, славяне - дворяне, крестьяне,
    Болтуны, бузотёры, мессии,
    Кто из вас по октябрьской пьяни
    Прорыдал о спасённой России?

И о себе:

    И лишь такие дураки,
        как я (нас - тысячи!),
    В ладонь измученной руки
        губами тычутся.

Вот он, рефрен, повторение, возвращение, заставляющее чувствовать себя частицей целого, не перестающее болеть, как ожог. Ожог судьбы.





Обсуждение